Загадка цветущих роз: дом пустовал два года, но кто-то продолжал поддерживать в нем жизнь

— Лешу. В окне второго этажа. Он смотрел на меня так, с укором. Я испугалась, побежала. Поймала попутку до трассы, потом автобусом…

На том конце повисла тишина. Софья представила, как Жанна закатывает глаза: «Типичная истеричка Софка, везде призраки мерещатся».

— Милая, — голос подруги стал приторно-ласковым. — Это стресс. Понимаю. Тяжело возвращаться в памятные места. Мы как раз в тех краях были, решили проверить дом. Родион беспокоится, говорит, негоже имущество без присмотра оставлять.

«Особенно чужое имущество», — мысленно добавила Софья.

— Жанна, можете пригнать мою машину? Я не могу туда вернуться.

— Простите, что так вышло… Конечно, подруга. Сейчас приедем. Ты дома?

Софья доехала до своей квартиры в центре, которую снимала еще до замужества. Быстро привела себя в порядок, умылась, переоделась в домашнее. На журнальный столик положила коричневый конверт без адреса. Только красным маркером вывела: «Свидетель. 12 августа». Дата смерти Леши.

Через час раздался звонок в дверь. Родион и Жанна стояли на пороге с масками заботы на лицах. Родион, тот самый, что расхаживал по дому в вещах покойного, теперь изображал встревоженного родственника.

— Совка, ты что удумала? — заворчал он, проходя в квартиру. — Нельзя же так, в одиночку по глухим местам!

Жанна обняла ее, и от прикосновения наманикюренных ногтей по коже пробежали мурашки.

Софья заставила себя слабо улыбнуться.

— Простите. Я думала, справлюсь, но…

— Тише, милая! — Жанна погладила ее по спине. — Все хорошо. Пойду чайку поставлю, а?

Когда она ушла на кухню, Родион плюхнулся на диван. Его взгляд упал на коричневый конверт. Лицо мгновенно изменилось, челюсть отвисла, глаза расширились.

— Это что? — Он ткнул пальцем в конверт.

— А, это… — Софья пожала плечами. — В почтовом ящике лежал. Реклама, наверное. Я еще не открывала.

Родион схватил конверт дрожащими пальцами, прочитал надпись. Сглотнул несколько раз подряд.

— Жанна! — крикнул он. — Иди сюда!

Та вернулась с чайником в руках. Увидев конверт в руках Родиона, застыла. Чайник покачнулся, кипяток плеснул на пол.

— Что это? — Ее голос стал высоким, визгливым.

— Софка говорит, в ящике нашла.

Они переглянулись. В комнате повисло молчание, тяжелое, словно перед грозой. Софья сидела с невинным видом, мысленно наслаждаясь каждой секундой их паники.

— Ну, откройте! Что вы как? — начала она.

— Нет! — рявкнули оба одновременно.

Жанна первой взяла себя в руки.

— То есть… зачем чужие письма читать? Отнеси в полицию, пусть разбираются!

— Точно! — закивал Родион. — Мало ли что за психи по ящикам раскладывают!

Они просидели еще полчаса, но разговор не клеился. Оба то и дело косились на конверт, лежащий на столе как неразорвавшаяся бомба. Уходя, Жанна крепко сжала плечо Софье.

— Звони, если что. В любое время.

— Спасибо! — прошептала Софья. — Вы настоящие друзья!

Как только дверь закрылась, она достала кнопочный телефон. Номер Родиона знала наизусть. Подождала 20 минут (они как раз должны были отъехать от дома) и отправила СМС:

«Лекарство было горьким. Да, я видела вас тогда в поликлинике».

Через минуту телефон взорвался входящим вызовом. Софья сбросила. Снова звонок. И снова. Она выключила аппарат, представляя, как Родион бьет по тормозам посреди дороги, тычет трясущимся пальцем в экран, показывая Жанне сообщение. Вечером с неизвестного номера пришла СМС от Жанны: «Мразь! Сколько хочешь?!»

Софья не ответила. Пусть варятся в собственном соку. Пусть грызут друг друга, как пауки в банке. Страх – лучший союзник мести.

Три дня она выжидала, изредка включая смартфон, чтобы прочитать их панические сообщения. Родион грозился найти и разобраться. Жанна умоляла о встрече, клялась, что все объяснит. Потом снова угрозы. Потом предложение денег. Суммы росли в геометрической прогрессии.

На четвертую ночь Софья поехала в «Сосновый берег». Оставила «девятку» в лесу, прошла полкилометра пешком. Через подпол старой бани (о нем знали только они с Лешей) пробралась в дом. Хозяева отсутствовали, но по разбросанным вещам было видно: искали что-то лихорадочно.

В кладовке на втором этаже Софья включила компьютер. Леша год назад установил систему «Умный дом». Сам паял платы, программировал, ругаясь на китайские мануалы. Управление освещением, музыкой, замками, роллставнями — все выводилось на старенький смартфон, который лежал тут же в ящике.

Софья проверила камеры. В 22 часа 47 минут во двор въехала знакомая «Веста». Родион вылез первым, без своей обычной наглой уверенности, озираясь как затравленный зверь. Жанна выглядела еще хуже: без макияжа, с потухшими глазами, нервно теребила ремешок сумочки.

— Сказал же, в подвале! — донесся приглушенный голос Родиона. — За кирпичами где-то.

— А если врал? Пьяный был.

— Не врал. Я сам видел, как прятал. Доллары и червонцы. Минимум тысяч на 50 баксов…