Звонок в ночи: история о том, как бабушка спасла внука от несправедливости в полицейском участке

До этого был абсолютно здоров. Валерия унаследовала все его имущество, почти три миллиона и квартиру в столице. Я слушала, и холод разливался по венам.

Второй муж — Сергей Павлович Ковалев. Тоже бизнесмен, на этот раз в витисфере. Женились в 2017-м.

Через полтора года Сергей упал с лестницы. Дома. Камеры наблюдения не работали.

Сломалась шея. Валерия снова унаследовала все, пять миллионов и загородный дом. Господи! Третий муж — Игорь Михайлович Белов.

Владелец строительной компании. Женились в 2019-м. У Игоря был сын от первого брака, Павел.

Мальчику было 20 лет. Через год после свадьбы Павел исчез. Точнее, по официальной версии, уехал учиться за границу.

Но Рима я нашла Павла. Он живет в Праге. Я созвонилась с ним.

Он рассказал страшные вещи. Валерия угрожала ему, пыталась подстроить несчастный случай. Отец вывез его из страны срочно, дал денег, попросил не возвращаться.

А потом Игорь подписал какие-то документы, и Валерия получила контроль над его финансами. Игорь еще жив, но он сломлен. Живет как затворник.

Я не могла говорить. Просто сидела и слушала, как рушится мой мир. И знаешь, что самое страшное? Продолжила Нина.

Во всех трех случаях один и тот же нотариус оформлял документы. Георгий Станиславович Хомутов. 58 лет.

Имеет собственную контору, специализируется на наследственных делах. И у него репутация, скажем так, не самая чистая. Есть подозрения в подделке документов, но ничего не доказано.

Значит, они работают вместе, прошептала я. Похоже на то. Валерия выходит замуж за богатых мужчин. Если есть дети-наследники, она их либо убирает, либо выживает из дома.

Потом организует несчастный случай с мужем. Или доводит его до такого состояния, что он отдает ей все добровольно. Георгий оформляет документы, и они делят деньги.

Чистая, отработанная схема. Я встала, прошлась по комнате. Руки тряслись.

Я сжала их в кулаки. И теперь ее цель — мой сын и внук. Именно.

Андрей — успешный бизнесмен. У него есть деньги, недвижимость. Матвей — наследник, который мешает.

А ты, Римма, владелица квартиры в центре. Валерия планирует убрать Матвея, потом тебя, потом Андрея. Или довести Андрея до того состояния, когда он отдаст ей все сам.

Классический сценарий «Черной вдовы». Я остановилась, посмотрела в окно. Вечерела.

Город зажигал огни. Где-то там, в одном из этих домов, сидела Валерия. Планировала.

Готовилась. Думала, что выиграла. Но она не знала одного «я теперь знаю правду».

И я не дам ей тронуть мою семью. Нина, — сказала я, не оборачиваясь. — Мы должны ее поймать.

С доказательствами, с признанием, чтобы она села надолго. — Согласна. Но нужен план.

И нужно действовать быстро. Если она почувствует, что мы копаем, может сбежать. Или, хуже того, ускорить свои планы.

Я повернулась, посмотрела на подругу. У меня есть идея. Но для этого нам понадобится Матвей.

И это будет опасно. Нина внимательно посмотрела на меня. Что-то задумала.

Мы установим на Матвея скрытые камеры. Он вернется в дом, якобы забрать вещи. А камеры запишут все, что Валерия скажет и сделает.

Если она действительно такая, какой мы ее теперь представляем, она не сдержится. Скажет что-нибудь, что ее выдаст. Нина нахмурилась.

Римма, это рискованно. Если она сорвется, может навредить мальчику. Я знаю.

Но у нас нет другого выхода. Слов Матвея недостаточно. Записи нет, телефон разбит.

Нужны новые доказательства. Прямые, неопровержимые. Нина долго молчала.

Потом кивнула. Хорошо. У меня есть оборудование.

Микрокамеры, которые можно вшить в одежду. Две штуки. Одна на грудь, одна на спину.

Запись идет на облако в реальном времени. Даже если Валерия отберет у него одежду, запись останется. Отлично.

Когда можем начать? Завтра. Дай мне подготовить все. А ты поговори с Матвеем.

Объясни, что от него требуется. И, Римма, убедись, что он согласен. Это его решение.

Я кивнула. Нина ушла, и я осталась одна на кухне. Вечер перешел в ночь.

Я сидела в темноте и думала о том, как хрупка наша жизнь. Как легко в нее может проникнуть зло. И как важно иметь силы это зло остановить.

На следующее утро я поговорила с Матвеем. Рассказала все, что узнала от Нины. Он слушал бледнее.

Когда я закончила, он долго молчал. Потом спросил. Бабушка, она действительно убила двух человек? Мы в этом почти уверены.

Доказательств мало, но все указывает на то, что да. И меня она тоже хотела убить? Боюсь, что да. Матвей кивнул.

Лицо его стало серьезным, почти взрослым. Тогда я помогу. Скажи, что мне нужно сделать.

Ты уверен? Это будет опасно. Уверен? Если я не сделаю этого, она может убить папу. Или тебя.

Или кого-то еще. Я не могу просто сидеть и ждать. Я обняла внука.

Крепко, долго. Мой храбрый, сильный мальчик. Хорошо, прошептала я. Тогда завтра мы начнем операцию.

На следующее утро Нина пришла с небольшим черным кейсом. Разложила на столе крошечные камеры, не больше пуговицы каждая, провода тонкие, как нитки. Одну вошью в воротник куртки, вторую — на внутреннюю сторону рюкзака, объяснила она, доставая иголку с ниткой.

Обе камеры передают сигнал на облако. Мы будем видеть все в реальном времени. Если что-то пойдет не так, Римма, я туда ворвусь за пять минут.

У меня машина будет стоять в двух кварталах. Матвей стоял молча, наблюдая, как Нина ловкими движениями вшивает камеры в его одежду. Я видела, как дрожат его руки, хотя он старался этого не показывать.

— Матвей, послушай меня внимательно, — сказала я, присаживаясь рядом с ним. Ты зайдешь в дом, скажешь отцу, что пришел забрать свои вещи. Ведешь себя спокойно, не провоцируешь Валерию.

Просто собираешь одежду, учебники. И главное, найди тот подсвечник. Это важная улика.

А если она снова набросится на меня? Не подходи к ней близко. Держись на расстоянии. Если почувствуешь опасность, сразу уходи.

Понял. Твоя безопасность важнее любых доказательств. Матвей кивнул.

Нина протянула ему телефон. — Вот. Новый.

Если что, звонишь нам сразу. — Не геройствуй. Через час мы подъехали к дому Андрея.

Большой коттедж в хорошем районе. Я помнила, как покупал его мой сын, гордился, показывал каждую комнату. Тогда это был дом мечты.

Сейчас — клетка. Матвей вышел из машины. Я видела, как он набирает воздух в грудь, выпрямляет плечи.

Мой храбрый мальчик. Мы с Ниной остались в машине, включили планшет, на экране появилось изображение с камер. Качество отличное, звук чистый.

Матвей позвонил в дверь. Открыл Андрей. Лицо уставшее, осунувшееся.

— Матвей? — Ты чего здесь? — Привет, папа. Я за вещами. — Можно войти? Андрей молчал секунду, потом кивнул, отступил.

Матвей вошел в дом. Камера показывала холл, лестницу, дорогие обои. Все как прежде.

Только атмосфера была другая, тяжелая, давящая. — Иди быстро, бери что нужно, — сказал Андрей глухо. — Валерия дома, не хочу, чтобы был скандал.

Матвей поднялся по лестнице. Открыл дверь в свою комнату, и я услышала, как он тихо ахнул. Камера показала разгром.

Постер на стене был изодран, книжные полки опрокинуты, одежда валялась на полу. Письменный стол перевернут. На стене красной помадой было написано «Убирайся из нашей жизни».

— Господи, — прошептала я. Матвей прошел дальше. Наклонился, поднял что-то с пола. Камера приблизилась, это была фотография.

Его мама, улыбающаяся, на фоне моря. Стекло в рамке разбито, самофото раздавлено, отчетливо видны следы каблука. Матвей сжал фотографию в руках, и я увидела, как по его щеке скатилась слеза.

— Матвей, не отвлекайся, — тихо сказала Нина в микрофон. — Ищи подсвечник. Матвей вытер глаза, огляделся.

Начал осторожно перебирать вещи на полу. Заглянул под кровать. Потом повернулся к прикроватной тумбочке и замер.

На тумбочке лежал серебряный подсвечник. Массивный, старинный. На основании были темные пятна.

Кровь. — Вот он, — прошептал Матвей. Он достал телефон, который дала Нина, и начал фотографировать подсвечник со всех сторон.

И в этот момент дверь распахнулась. На пороге стояла Валерия. Одета в шелковый халат, волос распущенный, на лице холодная улыбка.

— Ну вот, — вернулся мамин сыночек, — протянула она, входя в комнату. Скучал по дому. Матвей отступил на шаг.

— Так. Я просто забираю свои вещи. — Свои вещи.

Валерия рассмеялась. — Здесь нет ничего твоего. Это мой дом.

Мой муж. Моя жизнь. А ты — просто помеха, от которой я скоро избавлюсь.

Валерия, отойди, пожалуйста. Она шагнула ближе. Глаза блестели странным блеском.

Ты думаешь, твоя бабушка тебя защитит? Это старая корга. Она скоро сама загнется. А потом и твой папочка подпишет все, что я скажу…