Безумная бродяжка бросилась к гробу с криком. Охрана хотела её убрать, но отец заглянул внутрь

Марина нежно погладила его по волосам. «Теперь ты в безопасности. Ты в полной безопасности».

Но Денис медленно повернул голову, ища взглядом по комнате. Его взгляд прошел мимо родителей, мимо врача, пока не остановился на Галине, стоящей в углу. Он с трудом поднял свою маленькую руку с кровати и протянул ее к ней. «Тетя…» Галина стояла как вкопанная. Виктор и Марина обменялись удивленными взглядами. «Денис, дорогой, это просто…», — начала Марина. «Останься», — прошептал Денис, его глаза были прикованы к Галине. «Пожалуйста, останься».

Врач нахмурившись проверил мониторы. «Его показатели повышены, мы должны дать ему отдохнуть, посторонним лучше уйти». «Нет», — голос Дениса стал громче. «Испугался. Она остается. Она… Она вытащила меня назад. Я падал в темноту, но она вытащила меня назад». У Виктора кровь застыла в жилах. Его сын был без сознания, когда Галина остановила похороны. Денис не мог знать, кто она. Он не мог ее видеть, если только не происходило что-то еще, за гранью понимания.

«Галина остается», — твердо сказал Виктор. Он повернулся к ней с голосом, полным молчаливого обещания. «Теперь ты под моей защитой. Что бы тебе ни было нужно — еда, одежда, жилье. Ты спасла жизнь моему сыну. Это распространяется и на твою семью». Глаза Галины наполнились слезами. Она молча кивнула. Но пока облегчение наполняло палату, ни один из них не заметил камеру видеонаблюдения в углу под потолком. И человека, который смотрел трансляцию из другой комнаты.

Тарас Бондарь стоял в кабинете администратора больницы с телефоном у уха. «Она знает о токсине», — сказал он тихо. «Да, я понимаю. Мы позаботимся об этом». Он повесил трубку и продолжил смотреть на экран, показывающий Галину и семью Гончаров. Его рука переместилась к пистолету, который он носил под пиджаком. Он знал, что некоторые проблемы не исчезают сами по себе.

Поместье Гончаров выглядело иначе, когда они вернулись три дня спустя. Денис все еще был слаб, но врачи выписали его для восстановления дома с круглосуточным медицинским уходом. Виктор превратил восточное крыло в частный медицинский блок с полным мониторингом и двумя медсестрами, которые подписали строгие соглашения о конфиденциальности, плюс Галина, которая отказывалась отходить от Дениса. Ей дали комнату рядом, новую одежду и зарплату в качестве его личной сиделки. Но взгляды, которые бросали на нее люди Виктора, ясно давали понять, что они думают об этом соглашении.

В четвертую ночь Виктор созвал срочную встречу в своем кабинете. Двенадцать человек сидели вокруг массивного стола из красного дерева. Его капитаны, его самые надежные люди, ядро его организации. Тарас Бондарь сидел справа от него, как всегда. Виктор налил себе стакан виски, не предложив ничего остальным. «Господа, я хочу поблагодарить вас за терпение в эти трудные времена. Мой сын жив благодаря чуду. Но я созвал вас сюда не для того, чтобы праздновать».

Он поставил стакан с такой силой, что несколько человек вздрогнули. «Я созвал вас сюда, потому что кто-то попытался убить моего сына». Комната взорвалась возмущенными отрицаниями и возгласами удивления. Виктор дал им говорить ровно десять секунд, прежде чем с силой ударить кулаком по столу. Тишина. Комната мгновенно замолчала. «Сегодня пришли результаты токсикологии. Тетродотоксин. Парализующий яд, который имитирует смерть. Он был в организме Дениса по крайней мере шесть часов до похорон. Врачи говорят, что еще один час в этом гробу, и его мозг получил бы необратимые повреждения».

Голос Виктора снизился до смертельного шепота. «Кто-то в моем доме отравил моего девятилетнего сына. И ожидал, что мы похороним его заживо». Антон Марченко, один из самых опытных капитанов, наклонился вперед. «Босс, вы думаете, что это был кто-то изнутри? Кто еще имел доступ?» Глаза Виктора обошли комнату. «Денис никогда не покидает поместье без усиленной охраны. Его еду готовит наш проверенный персонал. Его лекарства контролирует Тарас».

Кто-то пробормотал что-то неразборчивое. Все взгляды обратились к советнику. Лицо Тараса осталось невозмутимым, но на челюсти дернулся желвак. «Тарас лично контролирует прием лекарств Дениса», — осторожно сказал Виктор. «Он делает это годами, с тех пор, как у мальчика началась астма. Тарас был для него как дядя». «И Тарас поспешил попытаться помешать тебе открыть этот гроб», — добавил Антон беззаботным тоном, но с острым, пронзительным взглядом.

Стул Тараса отодвинулся назад. «Ты меня в чем-то обвиняешь, Антон? Я лишь озвучиваю то, о чем все думают». «Хватит», — голос Виктора разрезал напряжение. «Я здесь не для того, чтобы указывать на кого-то без железных доказательств. Но кто-то в этой организации хотел убить моего сына. Может быть, чтобы причинить мне боль. Может быть, чтобы захватить власть. Может быть, по причинам, которые я еще не раскрыл». Он посмотрел на каждого из мужчин по очереди.

«Я хочу имена. Кто-нибудь, кто вел себя странно. Кто-нибудь, у кого были финансовые проблемы. Кто-нибудь, кто был в контакте с нашими конкурентами». «А что насчет бездомной женщины?» — спросил Дмитрий Носов. «Неизвестная женщина, появляется из ниоткуда, прерывает похороны. Вдруг она идет жить в твой дом. Никому больше это не кажется слишком удобным?» Несколько мужчин согласно кивнули. «Галина Шевченко спасла жизнь моему сыну», — холодно сказал Виктор.

«Или, может быть, она его сначала отравила», — настаивал Дмитрий. «Подумайте, Виктор Алексеевич. Она знала точно, какой это был яд. Она знала, когда появиться, чтобы произвести эффект. И теперь у нее есть доступ ко всему. К вашему дому, к вашей семье, к вашему бизнесу». «Это смешно», — сказал Тарас, но в его голосе не было убеждения. «Она годами была без дома. Идеальное прикрытие», — продолжал Дмитрий. «Кто бы ее заподозрил? Входит, играет героиню, проникает в твой ближайший круг. Теперь она следит за всем, что мы делаем».

Антон сжал руку на своем стакане. «Ты предполагаешь, что спецслужбы ее туда поместили?» «Предполагаю, что мы ничего не знаем об этой женщине, кроме того, что она нам сказала. И то, что она нам сказала — это то, что она эксперт в точном яде, который был использован против твоего сына». Дмитрий пожал плечами. «Я просто говорю, что стоит это расследовать, босс». Волна согласия прошла по комнате. Виктор встал, и бормотание тут же прекратилось.

«Вот что мы будем делать. Марк, — он указал на начальника службы безопасности. — Расследуй прошлое Галины. Все до мельчайших деталей. Подтверди ее историю, узнай, где она была, с кем разговаривала, платил ли ей кто-нибудь недавно». «Да, Виктор Алексеевич». «Антон, Дмитрий, вы двое расследуйте кухонный персонал, охрану, кого-нибудь, кто имел доступ к еде или лекарствам Дениса в течение последнего месяца. Я хочу судимости, телефонные записи, банковские счета».

«А я?»