Цена предательства: какой сюрприз ждал мачеху 

Твой дядя приедет завтра вечером. Он позаботится о тебе.

Матвей кивнул. Облегчение смешалось с тревогой. Дядя Григорий звучал сердито и решительно. Но захочет ли он забрать племянника? Или просто поможет определить его в детский дом?

— Не переживай, — Анна Сергеевна положила руку ему на плечо. — Все наладится. А пока помоги мне в огороде. Отвлечешься.

Они вышли во двор. Анна Сергеевна показала Матвею, как полоть грядки с морковью. Мальчик работал сосредоточенно, стараясь не думать о завтрашнем дне. Солнце припекало, руки пачкались землей, но это было лучше, чем сидеть и переживать.

Вечером они снова поужинали вместе. Анна Сергеевна рассказывала о деревне, о школе, где она работала, о том, как раньше здесь жило много людей, а теперь остались одни старики. Матвей слушал вполуха, думая о своем. О дяде Григории. О Виктории. О завещании. Что, если дядя прав, и завещание подделано? Но как это доказать? И кто такой этот дядя Григорий? Почему отец никогда о нем не рассказывал?

Следующий день тянулся мучительно долго. Матвей пытался чем-то занять себя, но мысли постоянно возвращались к предстоящей встрече с дядей. Анна Сергеевна видела его беспокойство и старалась отвлечь. Показывала старые учебники из школьной библиотеки, рассказывала истории про деревенских жителей, даже предложила испечь пирог вместе.

К вечеру Матвей уже сидел на крыльце, вглядываясь в дорогу. Анна Сергеевна вышла к нему, присела рядом.

— Не волнуйся так, — сказала она мягко. — Твой дядя говорил по телефону твердо. Он не бросит тебя.

— А если бросит? — Матвей обернулся к ней. — Может, он просто пристроит меня куда-нибудь? В детский дом или приют.

— Тогда останешься здесь, — спокойно ответила Анна Сергеевна. — Я не выгоню тебя.

Матвей удивленно посмотрел на нее.

— Правда?

— Правда. У меня большой дом. И пустая комната. И, честно говоря, мне было бы не так одиноко.

Матвей почувствовал тепло в груди. За два дня эта женщина стала ему ближе, чем Виктория за два года.

Вскоре на дороге показалась машина, обычная серая иномарка. Она остановилась у калитки. Из машины вышел высокий мужчина лет сорока, в джинсах и простой рубашке. У него были темные волосы с проседью, острые черты лица и внимательный взгляд. Матвей сразу узнал в нем черты отца.

— Матвей? — мужчина подошел к крыльцу. — Я Григорий. Твой дядя.

Мальчик кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Григорий присел на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне.

— Мне очень жаль, что так вышло, — сказал он тихо. — Твой отец был моим братом. Мы поссорились много лет назад и не общались. Но я любил его. И люблю тебя, хотя вижу впервые.

Матвей почувствовал, как к горлу подступают слезы. Григорий протянул руку, неуверенно коснулся его плеча.

— Теперь ты не один. Я заберу тебя к себе. И разберусь с Викторией. Обещаю.

Анна Сергеевна вышла на крыльцо.

— Здравствуйте. Я Анна Сергеевна, та самая учительница.

Григорий поднялся, пожал ей руку.

— Спасибо вам огромное. Не знаю, что бы мы делали без вас.

— Проходите, пожалуйста. Я приготовила чай.

Они зашли в дом. Григорий сел за стол, Матвей устроился рядом. Анна Сергеевна разлила чай, поставила на стол печенье.

— Расскажите, что произошло, — попросил Григорий, глядя на племянника. — С самого начала.

Матвей снова рассказал все: о болезни отца, о похоронах, о том, как Виктория высадила его на дороге. Григорий слушал молча, но его лицо становилось все мрачнее.

— Эта тварь, — наконец сказал он, когда Матвей закончил. — Она хладнокровно бросила десятилетнего ребенка посреди пустыря. Это преступление. Оставление в опасности. За это сажают.

— Но она говорила про завещание, — напомнил Матвей. — Что все досталось ей.

Григорий покачал головой.

— Не может быть. Андрей звонил мне за неделю до смерти. Сказал, что составил новое завещание. Все должно было перейти в траст для тебя. До совершеннолетия деньги должны были управляться доверенным лицом. Он назвал меня этим лицом. Но копию завещания он хранил у нотариуса в другом городе, где мы с ним выросли.

— Почему в другом городе? — спросила Анна Сергеевна.

— Потому что не доверял местному нотариусу. Виктория знала этого нотариуса. У них были какие-то связи. Андрей боялся, что она попытается что-то подделать. Поэтому поехал в наш родной город к старому знакомому нашего отца.

— Значит, настоящее завещание существует? — Матвей почувствовал проблеск надежды.

— Да. И завтра я поеду туда, в город Сосновск. Заберу копию. А потом займусь Викторией. Если она предъявила подложное завещание, это уголовное преступление. Мошенничество. Ей грозит тюрьма.

Анна Сергеевна кивнула.

— Но что будет с мальчиком? Вы заберете его к себе?

Григорий посмотрел на Матвея.

— Конечно. Он мой племянник. Единственная семья, которая у меня осталась. Я живу в столице, работаю адвокатом. У меня большая квартира. Матвей будет жить со мной, пойдет в хорошую школу. Я позабочусь о нем.

Матвей молчал. Все происходило слишком быстро. Еще два дня назад он стоял на обочине, брошенный мачехой. А теперь дядя, которого он никогда не видел, обещал забрать его к себе.

— Почему вы с отцом не общались? — спросил он тихо.

Григорий вздохнул.

— Мы поссорились из-за Виктории. Когда Андрей познакомился с ней, я сразу почувствовал, что она не та, за кого себя выдает. Я пытался предупредить брата, но он не слушал. Сказал, что я просто завидую его счастью. Мы поругались. Он запретил мне приходить в дом. Я не простил этого. Ушел и больше не звонил. — Григорий провел рукой по лицу. — Это была моя ошибка. Я должен был настоять. Должен был убедить его. Но я был горд и упрям. А теперь брата нет. И я не успел попросить прощения.

Матвей кивнул. Он понимал эту боль. Он тоже не успел попрощаться с отцом.

— Отец оставил мне записку, — сказал он. — Что «если что, он поможет». Значит, он простил вас.

Григорий посмотрел на него с благодарностью.

— Спасибо. Это важно для меня.

Они еще немного посидели за столом, обсуждая детали. Григорий объяснил, что завтра утром поедет в Сосновск, заберет копию завещания, а потом вернется. Матвей останется у Анны Сергеевны еще на один день.

— А потом мы поедем в столицу, — сказал Григорий. — И начнем новую жизнь. Но сначала я разберусь с Викторией. Она ответит за все.

Вечером Григорий уехал в гостиницу в ближайшем городке. Матвей остался ночевать у Анны Сергеевны. Он лежал в темноте и думал о дяде. Григорий казался суровым, но справедливым. Он пообещал позаботиться о племяннике. И Матвей верил ему. Но что будет с Викторией? Неужели она правда подделала завещание? И что будет, когда правда выйдет наружу?