Цена ржавого железа: почему ремонт топливного бака заставил мужчину забыть о сне

Он бормотал что-то про кипрские счета, про фиктивные подряды на строительство оборонных объектов и про фамилии, которые нельзя называть вслух, если хочешь дожить до пенсии. Через полчаса Инженер поднял на Виктора взгляд, полный ужаса. Он объяснил, что Виктор держит в руках не просто компромат на вороватого бизнесмена.

Это была черная бухгалтерия целого клана, куда входил не только Воронов, но и высокопоставленные чиновники из министерств и даже генералы силовых ведомств. Схемы, описанные в документах, касались хищений на миллиарды из государственного бюджета. Воронов был лишь кошельком, хранителем общака, который решил подстраховаться и собрать досье на своих подельников, чтобы в случае чего иметь рычаг давления или билет на свободу.

Инженер сказал, что за эту папку Виктора могут просто стереть в порошок вместе со всей деревней, а потом перепишут историю так, что он окажется сумасшедшим или кем похуже. Он посоветовал Виктору сжечь бумаги прямо сейчас в печке-буржуйке и бежать в тайгу, надеясь, что про него забудут. Но Виктор отрицательно покачал головой.

Сжигать было поздно, охота уже началась, и она не остановится. Единственный шанс выжить — это использовать информацию как оружие. Тем временем Глеб, выбравшись из болота и сменив испорченный костюм на полевой камуфляж, развернул мобильный штаб в одном из своих уцелевших внедорожников на окраине леса.

Его люди прочесывали чащу с тепловизорами, но Глеб понимал, что фермер ушел. Бывший зек оказался хитрее и профессиональнее, чем предполагалось. Глеб сделал звонок своему человеку в сотовой компании — кроту, который за солидную плату предоставлял данные о биллинге абонентов без санкций суда.

Глеб продиктовал номер Виктора, надеясь на ошибку беглеца, и расчет оправдался. Подъезжая к станции, Виктор на минуту включил свой мобильник, чтобы найти в списке контактов забытый номер Инженера или адрес гаража. Этого хватило.

Через десять минут пришел ответ: телефон зарегистрировался в сети в районе вышки сотовой связи у станции Узловая, после чего сигнал снова пропал. Аппарат был выключен. Глеб хищно улыбнулся.

Узловая. Железнодорожный узел, старые склады, гаражи. Идеальное место, чтобы залечь на дно или попытаться сесть на поезд.

Он скомандовал своим группам сворачивать поиски в лесу и выдвигаться к поселку. Глеб решил не привлекать местную полицию, которая могла быть ненадежной или слишком любопытной. Он вызвал группу зачистки — пятерых наемников, специализирующихся на городских операциях, приказав им блокировать станцию и начать тихий поквартирный обход всех злачных мест.

В гараже Инженера атмосфера накалялась. Виктор понимал, что просто владеть информацией мало, ее нужно уметь передать. Он спросил Инженера, можно ли оцифровать документы и отправить их так, чтобы их увидели нужные люди, те, кто враждует с кланом Воронова, например, в государственном центре или в независимых СМИ за границей.

Инженер задумался. Технически это было возможно. У него был сканер и защищенный канал связи через спутниковый интернет, который он использовал для своих темных дел.

Но он боялся. Он понимал, что как только файлы уйдут в сеть, обратного пути не будет. Их вычислят.

Спецслужбы умеют находить источники утечек. Однако жадность и азарт боролись в нем со страхом. Виктор пообещал ему долю от возможного вознаграждения или, что более реалистично, часть денег из тайника, о котором он пока умолчал, сказав лишь, что ресурсы есть.

Инженер согласился, но поставил условие. Они делают это не отсюда. Его гараж — это его крепость, но она стационарная.

Если их засекут, бежать некуда. У него был «запасной аэродром», старый фургончик с оборудованием, спрятанный в лесополосе за станцией, откуда можно было выйти в эфир и сразу сменить позицию. Виктор и Инженер начали собираться.

Инженер лихорадочно сгребал жесткие диски, ноутбуки и флешки в сумку, уничтожая следы своей деятельности в гараже. Он запустил программу стирания данных на стационарных компьютерах, чтобы, если сюда нагрянут, никто не смог восстановить историю его работы. Виктор тем временем наблюдал за улицей через систему видеонаблюдения, которую Инженер вывел на один из мониторов.

Камеры, скрытно установленные по всему кооперативу, показывали серые ряды гаражей и пустые проезды. Вдруг на одном из экранов появилось движение. На въезде в кооператив остановился черный микроавтобус без номеров.

Из него вышли люди в гражданском, но с армейской выправкой и объемными сумками, в которых угадывались очертания тактического оружия. Глеб не стал тратить время на поиски наугад. Он знал, что беглец будет искать помощи, а в Узловой было всего три места, где можно было получить техническую поддержку или фальшивые документы.

Гараж Инженера был первым в списке. Виктор выругался. Они опоздали с выходом буквально на пару минут.

Инженер, увидев гостей на мониторе, побелел и выронил сумку. Он затрясся, бормоча, что это конец. Виктор, сохраняя ледяное спокойствие, встряхнул напарника за плечи, приводя в чувство.

Он спросил, есть ли черный ход. Инженер кивнул на люк в полу, прикрытый ковриком. Это был лаз в подвал, который соединялся с соседним гаражом, принадлежавшим давно умершему деду.

А оттуда был выход в дренажную канаву за территорией кооператива. Классическая схема отхода для тех, кто не дружит с законом. Виктор приказал Инженеру лезть первым.

Сам он задержался на секунду, чтобы сделать то, что должен был. Он достал из рюкзака бутылку с остатками солярки, которую слил с грузовика, и облил ею гору ветоши и бумаги у входа. Если их найдут, пусть лучше найдут пепелище, чем оборудование и следы.

Когда они спустились в подвал и задраили люк, наверху раздался грохот. Наемники начали ломать ворота. Виктор чиркнул спичкой и бросил ее в пропитанную соляркой кучу через вентиляционное отверстие, которое он предварительно открыл.

Огонь вспыхнул мгновенно, жадно пожирая промасленный мусор. Виктор надеялся, что пожар отвлечет нападающих и уничтожит возможные улики, а главное — создаст суматоху, в которой проще исчезнуть. Они ползли по узкому пыльному лазу, сбивая колени и глотая пыль.

Инженер скулил и задыхался, таща свою сумку с электроникой, но Виктор толкал его вперед. Сверху доносились глухие удары и крики. Наемники поняли, что внутри пожар, и пытались вскрыть ворота, не зная, что птички уже улетели.

Выбравшись в дренажную канаву, поросшую густым кустарником, они оказались на свежем воздухе. Над гаражным кооперативом поднимался столб черного дыма, подсвеченный снизу оранжевым заревом. Сирены пожарных машин уже выли где-то вдалеке.

Виктор и Инженер, грязные и уставшие, растворились в темноте лесополосы, направляясь к спрятанному фургону. Теперь у них было средство связи и компромат, но против них работала целая армия. Виктор понимал, что Глеб не поверит в их гибель в огне.

Он будет искать следы, и следующая схватка будет уже не в лесу и не в гаражах, а в информационном поле, где одно нажатие кнопки Enter может быть смертоноснее прямого столкновения. Но чтобы нажать эту кнопку, им нужно было продержаться еще хотя бы час. Фургон, который Инженер называл своим запасным аэродромом, оказался старым ржавым микроавтобусом «Соболь», вросшим колесами в землю на заброшенной просеке в километре от гаражей.

Снаружи он выглядел как груда металлолома, брошенная грибниками или лесорубами еще в прошлом десятилетии. Но внутри это была настоящая капсула выживания киберпреступника. Стены были утеплены пенопластом и обшиты фольгой для экранирования сигнала, а питание обеспечивали несколько мощных автомобильных аккумуляторов, спрятанных под сиденьями.

Инженер дрожащими от холода и адреналина руками включил тумблеры. Загудели кулеры, засветились мониторы, отбрасывая призрачный голубой свет на изможденные лица беглецов. В этом тесном пространстве пахло сыростью, старой электроникой и страхом…