«Иди, не бойся»: какая правда вскрылась на совете, заставив врагов героини дрожать

Главврач дернулся, словно хотел что-то возразить, но под ледяным взглядом трансфузиолога лишь плотнее сжал челюсти. В комнате повисла тишина. Всем стало ясно, чем дело закончится.

Областной трансфузиолог тяжело поднялся с места и произнес свой вердикт:

— Все материалы независимой экспертизы и данная история болезни будут немедленно переданы в прокуратуру. Здесь налицо должностной подлог и создание условий, угрожающих жизни пациента. Главврач и ответственный персонал отстраняются от работы до завершения следствия.

Ольга сидела неподвижно, не веря в происходящее. Она уже не ждала чуда, уже смирилась с изгнанием. И сейчас она не чувствовала торжества — только странную, звенящую тишину в ушах.

— Господа, все свободны! — объявил трансфузиолог и направился прямиком к Ольге. Он по-отечески похлопал её по плечу и уже мягче добавил: — Спасибо вам, умница! Редко встретишь такую зоркость.

Они вдвоем вышли из кабинета. Двери закрылись за ними, отсекая приглушенные голоса и резкий, сорвавшийся на крик возглас главврача, пытающегося что-то доказать юристу.

Когда пожилой трансфузиолог оставил ее, Ольга задержалась в коридоре, не зная, что делать дальше. Из кабинета один за другим выходили обескураженные сотрудники больницы. Мимо проплыл на ватных ногах бывший лечащий врач Кравцова, Ростислав Карлович. Его взгляд потерянно блуждал, и он прошел мимо, что-то невнятно бормоча. Ольга посмотрела ему вслед: он шагал прочь по коридору неровной походкой.

Помощник медленно выкатил кресло с Кравцовым. Игорь Михайлович чуть приподнял руку, прося остановиться.

— Ну что же, Оля, поздравляю, — сказал он. — Вы победили.

Ольга посмотрела на него:

— Мы победили, Игорь Михайлович. Если бы не ваша папка, они бы меня раздавили.

Заместитель губернатора протянул ей руку (на сгибе локтя еще оставался след от инъекции). Ольга помедлила секунду и вложила свою ладонь в его. Хватка у него была крепкая и теплая.

— Что теперь будете делать? — спросил он.

— Не знаю, — честно ответила она. — Наверное, просто пойду домой. Впервые за эти полторы недели высплюсь без кошмаров.

— Хороший план, — кивнул Кравцов. — Но учтите, такие кадры, как вы, долго без дела не остаются. Я позабочусь о том, чтобы в новой истории этой больницы вам предложили достойное место, где не нужно воевать с собственной совестью…