Иллюзия личного банкомата: как попытка заставить меня оплатить чужой праздник обернулась катастрофой для родни мужа
«Это наш юрист, — ответил Дмитрий твердо. — И она останется». Кристина фыркнула: «Юриста притащили. Как будто мы в суд собрались».
«А вы не хотите, чтобы все закончилось именно там?» Елена открыла портфель и достала папку с документами. «Потому что после того, что я узнала, судебное разбирательство выглядит вполне реальной перспективой».
Людмила Петровна побледнела, но быстро взяла себя в руки. «Не понимаю, о чем вы говорите. Я просто прошу сына помочь семье, это нормально».
«Нормально? — Анна наклонилась вперед. — Давайте тогда поговорим о норме. Елена, покажите им первый документ».
Юрист положила на стол распечатку кредитного договора двадцатилетней давности. «Начнем, — сказала Елена. — Людмила Петровна берет кредит, поручитель — ее тогдашний муж Алексей Викторович.
После развода все выплаты перекладываются на него». «Это было давно, — отмахнулась свекровь. — При чем тут это?»
«Подождите, — Елена выложила второй документ. — Кредит на ремонт квартиры, поручитель — ваша сестра. После ссоры вы перестали платить, и она выплачивала еще два года, пока не продала свою дачу».
Дмитрий смотрел на документы с нарастающим ужасом. Анна видела, как он сжимает кулаки под столом. «Мама, это правда?» — нервно спрашивал Дмитрий.
«Не слушай их!» — Людмила Петровна вскочила, но Елена уже выкладывала третий документ. «И, наконец, текущий кредит. Три с половиной миллиона под 20% годовых».
Срок — семь лет. Общая сумма выплат составит почти пять миллионов. Юрист подняла глаза: «Вы изначально планировали переложить ответственность на других, верно?
Именно поэтому вы взяли такую кабальную ставку. Вам было все равно, ведь платить будут другие». «Это ложь! — закричала Кристина. — Вы все выдумали!»
«У меня есть ваша переписка с менеджером банка, — Елена выложила еще один документ. — Цитирую: «Мне нужен максимум денег. Ставка не важна».
«Все равно сын будет платить, у него хорошая зарплата». Это ваши слова?» Людмила Петровна опустилась на стул.
Ее лицо из бледного стало серым. «Я… я не это имела в виду». «А что вы имели в виду?» — Дмитрий говорил тихо, но в его голосе звучала сталь.
«Что ты всю жизнь использовала людей? Отца? Тетю? Теперь меня?»
«Я твоя мать!» — Людмила схватила его за руку. «Я родила тебя, вырастила, ты обязан мне». «Обязан? — Дмитрий резко отдернул руку. — За что?
За то, что ты всю мою жизнь манипулировала мной? За то, что внушала чувство вины при каждом удобном случае?» Анна положила руку на плечо мужа.
Она чувствовала, как он дрожит от сдерживаемых эмоций. «Людмила Петровна…» — Елена собрала документы обратно в папку. «У вас есть два варианта. Первый: вы самостоятельно выплачиваете кредит.
Продайте квартиру, машину, дачу, найдите работу. Это ваш долг, не их». «А второй…» — прошептала свекровь.
«Второй: мы обращаемся в полицию с заявлением о мошенничестве. У нас есть доказательства преднамеренного введения в заблуждение кредитной организации и систематического перекладывания долговых обязательств на третьих лиц. Плюс гражданский иск от бывшего мужа и сестры, они уже согласились дать показания».
Кристина всхлипнула. «Мама, что они говорят? Нас посадят?»
«Тебя нет, — Елена посмотрела на нее. — Ты просто неразумно потратила деньги. Но твоя мать сознательно строила мошенническую схему».
Людмила Петровна закрыла лицо руками. Ее плечи затряслись. Несколько секунд Анна почти жалела ее — пожилая женщина, загнанная в угол собственной жадностью и манипуляциями.
Но потом она вспомнила все унижения, все оскорбления, все попытки разрушить их брак. «Есть и третий вариант», — неожиданно сказал Дмитрий. Все посмотрели на него.
«Мы поможем тебе реструктурировать долг. Найдем банк с нормальной ставкой, переведем кредит туда. Но платить будешь ты сама.
Мы можем помочь с первым взносом — сто тысяч, не больше. Это единственная и последняя помощь». «Дима?»
