«Не выходи из дома»: какую правду узнала женщина, включив запись звука за дверью
Девушка огляделась по сторонам, словно проверяя, не слышит ли их кто-то, потом шагнула ближе и понизила голос почти до шепота:
— Мама просила передать. Она… она иногда чувствует. Не всегда, но иногда. И когда вы ей еду отдали, она что-то почувствовала про вас.
Алина насторожилась. «Вот оно, — подумала она. — Сейчас начнется: погадать, снять порчу, заплатить за предсказание». Она уже открыла рот, чтобы вежливо отказаться, но девушка продолжила, не дав ей вставить слово:
— Мама сказала передать вам слово в слово: «Хочешь жить — завтра утром не выходи из дома первой. Муж твой — самозванец».
Алина опешила. Она ожидала чего угодно, но только не этого.
— Что? Какой муж? О чем вы вообще?
— Я не знаю, — девушка развела руками. — Мама просто сказала передать, что это очень важно. Завтра утром не выходите из дома первой. Притворитесь, что ушли, но останьтесь. И все поймете. Она сказала: «Муж ваш не тот, за кого себя выдает».
— Послушайте, — Алина покачала головой, — я не верю во все это. Спасибо вашей маме за заботу, но это какая-то ерунда.
— Мама просила передать еще, — девушка не отступала, — что чувствует она редко, но когда чувствует, это всегда правда. Она говорит: «Вокруг вас опасность». Завтра утром опасность. Просто проверьте. Что вам стоит? Просто останьтесь дома на полчаса дольше и понаблюдайте.
— У меня важная встреча завтра утром, — возразила Алина, чувствуя себя глупо оттого, что вообще продолжает этот разговор. — Я не могу просто так взять и…
— Тогда сделайте вид, что ушли, — настаивала девушка. — Хлопните дверью, а сами вернитесь тихонько. Мама говорит: «Если не сделаете, очень пожалеете». Она видела… видела что-то плохое вокруг вас.
Алина посмотрела девушке в глаза. Та не выглядела сумасшедшей или мошенницей. В ее взгляде читалась искренняя тревога, даже какая-то мольба.
— Хорошо, — неожиданно для себя сказала Алина. — Хорошо, я подумаю. Спасибо.
— Нет, не подумайте, — покачала головой девушка. — Вы сейчас уйдете и забудете. Все так делают. Но мама просила передать: дело жизни и смерти. Ваша доброта спасла ее сегодня, теперь она хочет спасти вас.
С этими словами она развернулась и быстро пошла прочь, не оглядываясь. Алина стояла у ворот парка, провожая ее взглядом, пока фигура не скрылась за поворотом дорожки. Она тряхнула головой, отгоняя странное оцепенение.
«Полная чушь, — сказала она себе. — Цыганские сказки. Игорь — самозванец? Ее муж, с которым она живет три года? Человек, которого она знает, любит, которому доверяет?»
Алина зашагала к офису, но слова девушки крутились в голове, не давая сосредоточиться. «Не выходи из дома первой. Муж твой — самозванец. Дело жизни и смерти».
Весь остаток рабочего дня она провела как в тумане. Механически отвечала на письма, кивала на совещаниях, подписывала бумаги, но мысли были далеко. Она пыталась вспомнить хоть что-то странное в поведении Игоря за последнее время. Ничего особенного. Он работал дома, иногда ездил на встречи с заказчиками, вечерами они ужинали вместе, обсуждали новости, смотрели фильмы. Обычная супружеская жизнь. Может, в последние месяцы он стал чуть более замкнутым, меньше рассказывал о работе, но Алина списывала это на усталость. У него был сложный проект по разработке программного обеспечения, он часто засиживался допоздна у компьютера.
Самозванец. Какая глупость. Игорь Сергеевич Воронов, тридцать пять лет, программист, фрилансер. Они познакомились на конференции по бизнесу три с половиной года назад. Он подошел к ней во время кофе-брейка, они разговорились, обменялись телефонами. Потом были свидания, поездка на море, предложение руки и сердца. Свадьба была скромной, только близкие друзья. Родителей у Игоря не было, он говорил, что они погибли в аварии, когда ему было двадцать. Жил он тогда в съемной квартире и после свадьбы переехал к Алине, в ее трехкомнатную квартиру в центре города.
Квартира была оформлена на Алину, она купила ее еще до знакомства с Игорем на деньги от продажи бизнеса родителей после их смерти. Это была ее крепость, ее достижение. Игорь никогда не претендовал на нее, не просил переоформить хотя бы долю на себя. Деликатный в этом вопросе.
«А может, и не деликатный, — пронеслась вдруг предательская мысль. — Может, просто выжидал подходящего момента?»
Алина зло тряхнула головой. О чем она вообще думает? Это какая-то паранойя. Цыганка наговорила, а она теперь накручивает себя на пустом месте.
В шесть вечера она собралась и поехала домой. По дороге остановилась в магазине, купила продуктов на ужин. Игорь любил ее макароны с морепродуктами, она решила приготовить именно их. Как-то нужно было отвлечься от дурацких мыслей.
Дома Игорь сидел в кабинете за компьютером, что-то сосредоточенно печатал. Услышав, как она вошла, обернулся и улыбнулся.
— Привет, дорогая! Как день прошел?
