Непростая роль: зачем пожилой магнат выдал нищенку за свою внучку и как она изменила ход переговоров

— Потому что в случае вашей смерти может возникнуть юридическая неопределенность, — подняла голову Юлия. — Наследники, если они появятся, могут начать судебные разбирательства. Мы хотим избежать таких ситуаций.

— Господа, я понимаю вашу логику, — Максим Рудин положил договор на стол. — Но формулировка позволяет вам получить полный контроль над компанией за треть реальной стоимости. Это несправедливо по отношению к моему клиенту.

— Максим Игоревич, никто не собирается обманывать Анатолия Семеновича. Мы честные люди, — нахмурилась Юлия.

— Тогда зачем такой пункт? Если вы честные люди, уберите его.

— Мы не можем. Это условие было согласовано нашими инвесторами. Без него сделка не состоится, — занервничал Денис.

Анатолий понял. Значит, за Лавровыми стоят другие люди. Люди, которые требуют определенных гарантий. Или просто спекулируют на его болезни.

— Откуда вы узнали о моем диагнозе? — спросил он прямо.

В комнате стало еще тише. Лавровы переглянулись. На лице Дениса промелькнуло замешательство.

— Мы не понимаем, о чем вы говорите.

— Не притворяйтесь. Вы знаете, что я болен. Знаете, что у меня мало времени. Иначе зачем включать в договор пункт о смерти в течение шести месяцев?

— Анатолий Семенович, это просто стандартный срок. Мы не знали о вашем здоровье, — выпрямилась Юлия.

— Ложь, — холодно сказал Климович. — Вы знали. И рассчитывали на то, что я умру до окончания срока платежей.

— Это обвинение безосновательно! Мы не… — Денис резко встал, но недоговорил.

Послышался тихий голос Сони:

— А если дедушки не станет сразу после сделки, вам это будет выгодно?

Все обернулись к девочке. Она сидела на своем месте, сложив руки на коленях, и смотрела на Лавровых спокойно, почти равнодушно. Но в этом спокойствии было что-то пугающее. Она задала вопрос так просто, словно спросила, какая погода на улице.

— Девочка, это не твое дело. Взрослые разговаривают, — растерялась Юлия.

— Я просто спрашиваю, — Соня не отводила взгляда. — Если дедушка умрет через месяц, вы получите его компанию почти бесплатно. Это правда?

— Это… Это неправильная формулировка. Мы платим деньги. Мы уже заплатили аванс, — побледнел Денис.

Климович смотрел на Соню, не веря своим ушам. Она разложила всю схему по полочкам. Простыми словами. Без юридических терминов. И именно поэтому ее слова звучали так понятно.

— Это возмутительно! Анатолий Семенович, вы позволяете ребенку вмешиваться в наши переговоры? — вскочила Юлия.

— Она задала вопрос, — спокойно ответил Анатолий. — Я хотел бы услышать ответ. Вам выгодна моя смерть?

— Нет! — Денис стукнул кулаком по столу. — Мы не желаем вам смерти. Мы хотим честной сделки.

— Тогда уберите этот пункт из договора. Прямо сейчас, — сказал Максим Рудин.

Повисла долгая пауза. Лавровы молчали. Денис смотрел в окно, Юлия нервно поправляла волосы. Наконец Денис повернулся к Климовичу:

— Хорошо. Мы можем обсудить изменения формулировки. Но это потребует времени. Нужно согласовать с инвесторами, переделать документы.

— Сколько времени?

— Неделя. Может быть, две. А может быть, месяц, — добавила Юлия. — Или больше. Инвесторы могут не согласиться. Тогда сделка сорвется.

Климович понял: они ставят его перед выбором. Либо подписывай на их условиях, либо вообще ничего не получишь. Они знали, что у него нет времени ждать. Знали, что он устал, болен, хочет побыстрее закрыть этот вопрос.

— Анатолий Семенович, не спешите. Лучше отложить сделку, чем подписать невыгодный договор, — Максим Рудин положил руку на плечо Анатолия.

Климович кивнул. Адвокат прав. Мы не хотим идти на поводу у манипуляторов.

— Господа Лавровы, — сказал он твердо, — я отказываюсь подписывать договор в текущей редакции. Если вы хотите продолжить переговоры, подготовьте новую версию без спорного пункта. Когда будете готовы, позвоните моему адвокату.

— Вы понимаете, что делаете? Мы потратили месяцы на подготовку. Мы вложили деньги в проверку вашей компании! — Денис побагровел.

— Это ваш риск, — холодно ответил Климович. — Я вам ничего не должен.

— Вы пожалеете об этом решении, — Юлия схватила ноутбук и встала. — Мы найдем другую компанию. А вы останетесь ни с чем.

— Возможно, — согласился Анатолий. — Но, по крайней мере, я сохраню достоинство.

Лавровы вышли из переговорной, громко хлопнув дверью. Максим Рудин выдохнул и посмотрел на Климовича.

— Вы приняли правильное решение.

— Я знаю. Спасибо, Максим.

— Я подготовлю официальный отказ от сделки. Пришлю вам на согласование сегодня вечером. — Адвокат собрал документы и тоже поднялся.

Он вышел, оставив Анатолия наедине с Соней. Девочка сидела тихо, опустив голову. Климович подошел к ней и присел рядом.

— Соня, ты спасла меня от большой ошибки…