Незваные гости пришли требовать чужое. Их уверенность испарилась, когда хозяин молча запер за ними дверь

— он заикался, цепляясь за ложь.

— Слухи преувеличены, — Михаил сделал шаг вперёд. — Теперь время платить по счетам.

— Взять его! — визгливо выкрикнул Боров. — Плачу любые деньги!

Трое телохранителей сорвались с мест. Началась драка, короткая и жёсткая. Михаил использовал всё: стул полетел в одного, сбив с ног, второго он встретил блоком и серией быстрых приёмов, третий попытался достать — Михаил нырнул под удар, провёл захват и швырнул его на стол с закусками, тот рухнул с грохотом.

Остальные подручные замешкались. Они видели, как один человек раскладывает «лучших», и страх сковал их сильнее любых приказов. Михаил прошёл мимо лежащих и направился к Борову.

Тот, побледнев до синевы, дёргал ящик стола, пытаясь что-то достать. Михаил схватил его за лацкан дорогого пиджака и вытащил из-за стола одним движением.

— Не трогай! Денег дам! Всё бери! Земли, имущество! — визжал Боров, и в глазах у него впервые был не гонор, а чистый ужас.

— Мне не нужны твои деньги, Витя, — сказал Михаил ровно. — Мне нужно, чтобы ты ответил за всё.

Он поднял Борова на ноги и повёл к выходу. Остальным бросил через плечо:

— Стоять. Кто дёрнется — боссу будет плохо. Поняли?

Они расступались молча, бледные, не решаясь вмешаться. Михаил вывел Борова во двор, усадил в его же дорогой внедорожник, сел за руль и поехал к центру Березовки. Рассвет уже поднимался над домами.

У магазина Михаил начал сигналить — длинно, настойчиво. Люди выходили из дворов, собирались на площади, узнавали машину, перешёптывались. Кто-то крестился, кто-то просто молчал.

Михаил вышел, вытащил Борова и толкнул его к людям.

— Люди! — голос Михаила был громким и твёрдым. — Вот ваш страх. Вот тот, кто годами наживался на вас и держал в кулаке. Смотрите.

Боров стоял на коленях, всхлипывая. Дорогой костюм был помят, лицо мокрое, руки тряслись.

— Простите… братцы… простите… больше не буду…

Толпа росла. Пришёл дед Матвей с клюкой, пришла тётя Валя, вытирая глаза передником. Прибежал Васька, а следом доковылял даже участковый Семенов, глядя растерянно и тяжело.

— Этот человек крал вашу жизнь, — говорил Михаил. — Он забирал ваше спокойствие. Вы его боялись?

— Боялись…