Незваный кортеж: свекровь выставила невестку на мороз, но через час за девушкой приехали три черных авто

— Подсудимая Лебедева Тамара Ивановна признана виновной в совершении преступления, предусмотренного статьёй 109 Уголовного кодекса «Причинение смерти по неосторожности».

В зале повисла тишина.

— Кроме того, подсудимая признана виновной по статье 30, части 3, статье 105 «Покушение на убийство» потерпевшей Лебедевой Оксаны Михайловны.

Оксана вздрогнула. Она не ожидала, что её дело квалифицируют как покушение на убийство. Но самым шокирующим стало продолжение.

— В ходе следствия установлено, что подсудимая также причастна к смерти своего супруга, Лебедева Ивана Петровича, наступившей три года назад.

В зале прошёл гул удивления. Экспертиза показала, что смерть наступила не от сердечного приступа, как считалось ранее, а от отравления дигоксином — препаратом, который подсудимая добавляла в пищу мужа в течение нескольких месяцев. Максим побледнел как мел. Выходит, мать убила и отца тоже.

— Учитывая особую жестокость преступлений, отсутствие раскаяния и высокую общественную опасность, суд приговаривает Лебедеву Тамару Ивановну к двенадцати годам лишения свободы в колонии строгого режима.

Тамара Ивановна взвыла как зверь.

— Не может быть! Я не убивала мужа! Он сам умер! — Она рванулась к судейскому столу, но конвоиры повалили её на пол. — Это подстава! Меня подставили! Оксанка, стерва, отомстила мне!

В коридоре суда Анна Волкова подошла к Оксане и крепко обняла. Обе женщины плакали, каждая по своим причинам.

— Спасибо вам. Если бы не вы, я бы никогда не нашла убийцу моей дочери. Мне жаль, что это стоило вам стольких лет боли. Восемь лет я жила только местью. Теперь, когда справедливость восторжествовала, не знаю, что делать дальше.

Волкова вытерла слёзы, попыталась улыбнуться.

— А вы? Что будете делать?

— Начну жизнь заново, подальше отсюда.

Максим ждал Оксану у выхода из здания суда. Он выглядел сломленным. За два месяца потерял мать, жену, узнал страшную правду о своей семье.

— Оксана, подожди, мне нужно кое-что сказать.

Она остановилась, не оборачиваясь.

— Я продал квартиру. Не могу там жить после всего, что случилось. Деньги перевёл на твой счёт. Это компенсация за всё, что ты пережила.

— Мне не нужны твои деньги.

— Пожалуйста, возьми. Это всё, что я могу сделать.

Оксана повернулась к нему.

— Хочешь откупиться? Думаешь, деньги смоют шесть лет унижений?

— Нет, я просто не знаю, как ещё извиниться.

— Никак. Некоторые вещи нельзя исправить.

Через несколько дней Оксана получила уведомление о поступлении крупной суммы на счёт. Она тут же перевела деньги обратно с единственным сообщением: «Прощай». Больше они не общались.

Тамару Ивановну этапировали в женскую колонию строгого режима в Черкасской области. Её поместили в камеру к женщинам, осуждённым за преступления против детей: убийцам, насильницам, торговцам людьми. Это была самая презираемая категория заключённых.

Когда сокамерницы узнали её историю, даже они отшатнулись с отвращением…