Он врал мне в лицо, собираясь в ресторан. Я улыбнулась и мой ответный ход он запомнит навсегда

Накануне своего дня рождения муж заявил, что праздника не будет. Но в кармане его куртки я нашла бронь ресторана на пятерых за мой счет, а также приглашения для всей его родни. Моего имени там не было. Я спокойно усмехнулась: «Ох, милый, этот вечер ты запомнишь на всю жизнь».

Ирина толкнула тяжелую дверь подъезда плечом, прижимая к груди пакет с продуктами. Ноябрьский ветер трепал полы ее пальто, а мокрый снег забивался за воротник. Она поежилась и быстро шагнула в тепло. Лифт, как обычно, не работал.

Пятый этаж пешком после десятичасовой смены в бухгалтерии казался Эверестом. На третьем этаже Ирина остановилась передохнуть. Прислонилась к холодной стене и прикрыла глаза. Сорок два года, а чувствует себя на все шестьдесят. Спина ноет, ноги гудят, а впереди еще готовка ужина. Алексей, конечно, на диване с телефоном лежит. За двадцать лет совместной жизни она так и не научила его разогревать себе еду, не говоря уж о том, чтобы приготовить что-то самому.

Ключ в замке провернулся со знакомым скрипом. Ирина вошла в прихожую и сразу услышала звуки телевизора из гостиной. Разулась, сняла пальто и понесла пакеты на кухню. Алексей даже не поднял головы, когда она прошла мимо. Сидел в кресле, уткнувшись в экран телефона, машинально жуя что-то из пачки чипсов.

— Ты дома? — констатировала Ирина, ставя пакеты на столешницу. Не вопрос, не приветствие — просто факт.

— Угу, — отозвался муж, не отрываясь от экрана.

Ирина начала раскладывать продукты: курица для котлет, картошка, капуста для борща. Завтра суббота, можно сварить на несколько дней. Руки двигались автоматически — столько лет одно и то же. Работа, магазин, готовка, уборка. И так по кругу.

Она включила воду, чтобы помыть картошку, и вдруг поймала свое отражение в темном окне над раковиной. Усталое лицо, седые пряди в волосах, которые она уже не успевает красить каждый месяц. Когда это произошло? Когда она превратилась в эту измотанную женщину?

— Леш, будешь котлеты? — крикнула она в сторону гостиной.

— Давай, — донеслось в ответ.

Ирина взяла нож и принялась чистить картошку. Шелуха падала в раковину с мерным шуршанием. За окном сгущались сумерки. Где-то внизу смеялись дети, кто-то хлопнул дверью машины. Обычный вечер обычного дня.

Через полчаса она накрыла на стол. Алексей нехотя оторвался от телефона и прошел на кухню. Уселся на свое место у окна, потянулся за хлебом. Ирина налила ему борща, придвинула тарелку с котлетами.

— Как на работе? — спросила она больше по привычке, чем от реального интереса.

— Нормально, — Алексей макнул хлеб в борщ. — Устал. Весь день с клиентами возился.

Он работал менеджером в строительной компании. Зарплата средненькая, но стабильная. Правда, последние пару лет все чаще жаловался на усталость, на то, что работы много, а ценят мало. Ирина слушала и кивала. У нее самой было не легче — закрывала отчетный период. Цифры в глазах рябили до вечера.

— Слушай, Ир, — Алексей отложил ложку и посмотрел на жену. — Насчет дня рождения. Я тут подумал.

Ирина подняла глаза. День рождения мужа через неделю, 25 ноября. Обычно отмечали дома или в кафе, звали друзей, его родню. Она уже прикидывала, что приготовить, кого позвать.

— Давай в этом году никого не будем звать, — продолжил Алексей, не глядя на нее. — Устал я от этих посиделок. Шумно, накладно. Посидим вдвоем, спокойно. Или вообще никак. Не маленький уже, сорок пять стукнет.

Ирина молча смотрела на него. Что-то в его тоне резануло слух. Он говорил буднично, но взгляд бегал, и пальцы нервно крошили хлеб на тарелке.

— Хорошо, — медленно произнесла она. — Как скажешь. Тихо отметим.

— Вот и отлично, — Алексей заметно расслабился. — А то каждый год одно и то же. Надоело.

Он доел борщ и ушел обратно к телевизору. Ирина осталась сидеть на кухне, глядя на его недоеденную котлету. Странно. Алексей всегда любил отмечать день рождения. Любил, когда его поздравляют, дарят подарки, говорят тосты. И вдруг ему это надоело. Она встала, начала убирать со стола. Мыла посуду и вслушивалась в звуки из гостиной. Алексей что-то смотрел, изредка смеялся. Обычный вечер. Но осадок остался.

На следующий день Ирина проснулась раньше мужа. Суббота, можно было бы поспать, но организм привык вставать в семь. Она тихо оделась и пошла на кухню ставить чайник. За окном все еще было темно. Ноябрь — самый тоскливый месяц.

Алексей поднялся к десяти. Вышел на кухню заспанный, в старой футболке и спортивных штанах. Ирина уже успела сварить борщ, перебрать крупу для каши и протереть плиту.

— Кофе будешь?