Она готовилась к худшему, но встреча подарила ей вторую жизнь….

— Ярославская, вот скажи мне, вот какого черта? Ты хоть понимаешь, сколько мы денег потеряли? Да у меня в руках была золотая жила. А ты взяла и все слила в унитаз.

— Я все исправлю.

— Да ни хрена ты уже не исправишь. Ты все профукала.

— Петр Сергеич, я понимаю, что я виновата. Но вы же даже не знаете, что у меня случилось.

— Да плевать я хотел на то, что у тебя случилось. Ты сорвала крупнейшую сделку. Да тебя уволить надо к чертовой матери. Да и чушь какую придумала. У ребенка проблемы в школе. Как будто я не знаю, что у тебя ни детей, ни мужа. Ни хрена.

— Знаете что, Петр Сергеич? Никакая это не чушь. У меня есть сын. Да, и не просто сын. А прекрасный, умный, талантливый 11-летний мальчик. Вундеркинд. И муж у меня, кстати, тоже есть. Такой-сякой, но мужик. Морды из-за меня бьет. Так что, дорогой мой Петр Сергеич, идите вы в баню. Со своими клиентами. Сделками, со своей фирмой. Ясно? Я увольняюсь от вас. К чертовой матери!

— Ярославская, ты, понимаешь, у тебя еще будет…

— Не, ну ладно. О, ты ждешь меня, дружочек. Хороший, хороший.

— Сережа, Сережа. Денис, привет. Привет, молодец, молодцы. Слушай, спасибо. Спасибо, что подстраховал. Я тебе просто должен. Еще чуть-чуть, и ты снова вернешься на свое место.

— Меня вернули уже.

— Да? Ну, здорово. Вдвоем веселее будет.

— Это вряд ли. Держи приказ, тебя уволили.

— В смысле, уволили?

— По собственному. Радуйся. За такое вообще по статье увольняют.

— Я же тебя просил реально подстраховать.

— А что я должен был делать? Ты свалил, оставил меня одного. Зам вон полчаса под шлагбаумом стоял, сигналил, припарковаться не мог. Хорошо, что меня с тобой не поперли.

— Марина, ну зачем надо было рубить с плеча? Он бы попсиховал, остыл, спокойно бы поговорили.

— Марин, у меня проблема.

— Поздравляю. Теперь мы оба безработные.

— Вещи забрал?

— Нет.

— У тебя есть два часа. Денис, мы уходим. Всем до свидания.

— В смысле безработные? Ее тоже уволили? И да, и нет. Я расскажу. Но взамен мне тоже нужна информация.

— Да я когда советовала усыновить ребенка, и подумать не могла, что она… Слушай, я… Вот эта одноклассница, она правда может лишить опеки?

— Эта одноклассница не то, что опеки, она слона на ходу может остановить. А я ничем не могу помочь.

— Да ты вот хотя бы с презентацией клиентами помоги. Конторка реально крутая. У них представительство по всему миру, доставка в любую точку земного шара. Стандартные услуги. Я мог бы их немножко осовременить.

— А тебе там все понятно, что ли?

— Ты вот сейчас меня обижаешь. У меня хоть и неоконченное, но все-таки почти высшее образование. И я отлично учился. По глупости до диплома не дотянул.

— Так может, пора умнеть? Может, и пора. Мамы пока только не хватает. Она опять всех подставила.

— Ты с хлебушком, с хлебушком давай. Не спеши. Да с хлебушком, я говорю, ешь.

— Спасибо, дедушка, но я уже наелся.

— Ну ладно. Тогда иди в кабинет ко мне, телевизор посмотри. Давай беги, я сейчас приду. Лучше книгу почитай. А мы с мамой посидим, почаевничаем. Хороший сын у тебя, хороший. Умный. На тебя похож. Хотя неродной, конечно. Ты чего? Что стряслось?

— Помнишь, я тебе рассказывала про мою одноклассницу Свету Шкирман? Она еще, по-моему, не хотела давать тебе разрешение на усыновление. Да, теперь у нее есть все основания, его аннулировали.

— Ты только не плачь, слезами-то все равно не поможешь делу.

— Пыталась с ней поговорить. Папа, с ней невозможно говорить, она меня ненавидит и откровенно это демонстрирует. Она обещала мне найти повод лишить меня опекунства, и она меня его лишает.

— Мамочка, что с тобой? Ты что, плачешь?

— Нет, моя хорошая, нет. Ты что? Ну чего мне плакать? Мы с дедушкой сидели, шутили, он меня рассмешил, а я теперь смеюсь до слез. Ты сейчас иди досматривай, я к тебе приду, и мы с тобой вместе потом обязательно что-нибудь посмотрим, хорошо?

— Да.

— Все хорошо.

— Да, тут надо думать. Надо думать. Ладно. Иди, а я пока здесь покопаюсь. Так, с ее стороны что получается? С ее стороны получается личная заинтересованность и предвзятое к тебе отношение. А за это можно и наказать.

— Кто мне поверит?

— Тебе никто. А вот аудиозаписи…

— Аудиозаписи…

— Так, где он у меня? Вот.

— Пап, это что? Радио?

— Это устройство для записи и воспроизведения речи с целью ее дальнейшего прослушивания. В миру называется диктофон.

— Я понимаю, я думала просто вот как-то микрофон под рубашкой, наушник в ухе.

— Про шпионов насмотрелась фильмов. Ты бери, пока дают.

— У меня просто диктофон есть в телефоне.

— Наше дело предложить, а ваше дело отказаться. Ну ладно, пап, ты чего? Спасибо за идею, обязательно использую.

— Серега как?