Она готовилась к худшему, но встреча подарила ей вторую жизнь….
— Видеть его не могу больше, попросила съехать.
— Послушай, тебе решать, но мужик он хороший. А то, что морду полез за тебя бить, так это нормально. Я сам бы так сделал. Ладно, пап, мы поедем.
— Приедете, сразу мне позвони. Денис! И это, в машине башкой верти во все стороны. Насколько дураков на дороге.
— Хорошо, папочка, спасибо.
— Денис! Я провожу. Давай, давай, иди сюда.
— Ну что, дай посмотреть.
— Шутите, самый классный телефон. Дай посмотреть.
— Всем здравствуйте. Привет.
— Слышь, урод, что твой батя моему наплел? У меня на месяц комп забрали, а вместо айфона дали вот это. Скажи спасибо, что он без шнура.
— Ты что, нарываешься?
— Отстань, очкастая!
— Я обещал маме не драться, но если ты не перестанешь грубить, то…
— Ой-ой-ой, страшно, маменькин сыночек!
— Костян, хватит приставать к нему. Он же тебе ничего не сделал.
— Вы что, теперь на его стороне?
— Да при чем тут это? Он же вроде нормальный. Ты с самого начала к нему первый начал приставать. И Ксюша!
— Да пошли вы все!
— Обед!
— Ярославская, ты читать не умеешь?
— Так утро ведь. Я позавтракать не успела.
— И так, кстати, если ты пришла умолять не подавать прошения, зря стараешься.
— А поговорить можно? Умоляю. Скажи, а из-за чего ты мне мстишь? Из-за наших школьных разборок?
— Отчасти.
— Из-за Виталика? Это же бред. Так, все, хватит. Послушай, миллион лет прошло. Я его забыла уже даже.
— А я не забыла.
— Так ты из-за него мне мстишь?
— Да, из-за него. Ты разрушила нашу жизнь. Теперь я разрушу твою. А ты как думала? Можно вот так вот просто взять, увести у меня парня, потом выйти замуж, усыновить ребенка и быть счастливой? Хрен тебе. А чего это ты лыбишься?
— Ничего. Просто услышала все, что хотела.
— Ну, если услышала, то вперед и с песней. Больше сюда не приходи. Да, кстати. Вещи мальчика можешь собирать уже сегодня. Он скоро отправится в интернат.
— Слушай, а тебе ребенка не жалко? Злопамятная, неудовлетворенная, одинокая стерва, которая живет только прошлым. Знаешь, я совершенно не удивлена, что Виталик так быстро тебя забыл, и что ты до сих пор одна. Так тебе и надо. Всего доброго.
— Ты из-за него разрушила нашу жизнь. Теперь я разрушу твою. Сумку забыла. Вернулась позлорадствовать?
— У тебя все в порядке?
— Нет, у меня ничего не в порядке. Ярославская, ты права, я… Я злая, неудовлетворенная стерва. А еще я… Толстая и старая.
— Перестань, тебе же всего 35.
— 36.
— Так, Свет, пожалуйста, ты успокойся. Ты успокойся. Ты что? Все будет хорошо.
— Ничего не будет хорошо. Слышишь? Ничего не будет хорошо.
— Тихо-тихо-тихо.
— Я же всю жизнь завидовала тебе. Всю жизнь, Ярославская. Ты вот умница, красавица, а я… За тобой пацаны табунами, а у меня все, что у меня было, это Виталик. Я любила его, я замуж за него хотела, а ты…
— Свет… Ты прости меня. Пожалуйста. Правда, прости. Я назло его тогда увела. Но если бы я знала, что у тебя к нему так серьезно, я бы не посмела.
— Если бы ты знала, насколько серьезно, как все серьезно… Я бы с этого случая закрылась, ушла с головой в учебу, потом в работу, а теперь вот, видишь, по иронии судьбы решаю, кому давать разрешение, а кому не давать. А сама-то… Сама никого не могу усыновить.
— Почему?
— Потому что я одинока и зарабатываю копейки. Так, все. Все. Уходи, я не хочу, чтобы ты видела, как я плачу. Уходи. Уходи.
— Сидеть. Давай, до свидания. Сидеть. Здравствуйте. Я к вашему начальнику.
— У нас нельзя с животными.
— В смысле?
