Она исполнила требования свекрови и мужа, просто собрав вещи. Утром они пожалели

— тихо спросила она, глядя прямо в глаза мужу. — Чтобы я после двенадцати часов работы шла не домой в свою постель, а в ночлежку? А твоя мама будет спать на моем месте, есть из моей посуды и смотреть мой телевизор?

— Ну зачем ты утрируешь? — Игорь поморщился, словно от зубной боли. Он встал с дивана и подошел к ней, но не чтобы обнять или помочь снять пальто, а чтобы забрать пульт, лежащий на тумбочке рядом с ней. От него пахло пивом и тем самым дешевым дезодорантом, который она подарила ему на мужской праздник.

— Маме нужен уход. Лена, сестра моя, тоже будет заглядывать, помогать. Нам здесь будет тесно вчетвером, а ты всё равно только ночевать приходишь. Какая тебе разница, где спать? Главное — горизонтальное положение.

Внутри Елены что-то оборвалось. Словно натянутая до предела струна лопнула с оглушительным звоном. Она вспомнила вчерашний вечер: как сидела за кухонным столом, сводя дебет с кредитом, как переводила последние деньги на карту хозяйки квартиры за аренду на месяц вперед, как отказывала себе в покупке новых зимних сапог, потому что Игорю нужна была новая видеокарта для «работы», которая на деле оказывалась бесконечными играми. Она вспомнила снисходительные улыбки свекрови, которая при каждом звонке спрашивала: «Ну что, Леночка, всё пашешь? А женское счастье мимо проходит».

Она посмотрела на мужа. В его глазах не было ни капли сочувствия, ни тени сомнения, только холодный расчет и эгоизм, раздутый до размеров вселенной. Он действительно считал, что имеет право выставить её за дверь, как надоевшую собаку, ради комфорта своей родни.

— Значит, я мешаю? — переспросила Елена, и голос её стал пугающе спокойным. — Слишком громко хожу? Слишком много места занимаю?

— Именно, — кивнул Игорь, принимая её спокойствие за согласие. Он уже расслабился, предвкушая победу. — Я рад, что ты включила мозг. Собери вещи сегодня, ладно? Мама приезжает завтра утром, я хочу, чтобы к её приезду твоим духом тут не пахло. Ну, в смысле, чтобы всё было готово.

Елена медленно расстегнула пальто. Жар схлынул, оставив после себя ледяную ясность. Она посмотрела на свои руки: кожа была сухой, обветренной, один ноготь сломался, пока она несла пакеты. «Эти руки кормили этого здорового лба уже два года, и вот благодарность».

— Хорошо, Игорь, — сказала она, и уголки её губ дрогнули в подобии улыбки, от которой у внимательного человека мурашки побежали бы по спине. Но Игорь не был внимательным.

— Я тебя поняла, я соберу вещи прямо сейчас.

— Вот и умница, — обрадовался он, хлопая её по плечу. — Я знал, что мы договоримся. Ты пока собирайся, а я в душ схожу. И да, Лен, там в пакетах пельмени есть, свари парочку, а то я проголодался, пока тебя ждал.

Он развернулся и, насвистывая какой-то веселый мотивчик, направился в ванную. Елена осталась стоять в прихожей. Она слышала, как зашумела вода, как Игорь фальшиво запел под душем. Он был абсолютно счастлив, он победил.

Лена опустила взгляд на пакеты с продуктами. В одном из них лежала пачка дорогих пельменей, которые любил Игорь. Рядом — кусок хорошего сыра, ветчина, банка кофе. Всё то, что она покупала, отказывая себе в обедах. Она медленно наклонилась, но не для того, чтобы разобрать покупки. Она подхватила пакеты обратно. Пальцы снова больно врезались в ладони, но этой боли она уже не замечала.

В голове созрел план. Простой, жестокий и необратимый. Если он хочет, чтобы её здесь не было, её здесь не будет. Но он забыл уточнить одну деталь: что именно она должна забрать с собой.

Лена прошла в спальню, достала из шкафа большой дорожный чемодан на колесиках. Открыла его, и молния хищно вжикнула в тишине квартиры. Она не просто уедет, она устроит ему такую жизнь, о которой он просил, — полную самостоятельности.

Первым делом в чемодан полетели не одежда и белье, а ноутбук, который она купила в кредит на свое имя, но за которым всегда сидел Игорь. Затем документы на машину, которая, к счастью, была оформлена на неё, хоть и стояла в гараже у свёкра. Елена действовала быстро, четко, как робот. Никаких слез. Время слез прошло. Настало время собирать камни. И эти камни будут очень тяжелыми.

Она распахнула дверцы шкафа и начала сгребать всё, абсолютно всё. Елена двигалась по квартире бесшумной тенью, но внутри бушевал ураган. Шум воды в ванной служил ей идеальным прикрытием. Она распахнула дверцы кухонного гарнитура, и её взгляд хищно скользнул по полкам. Игорь хотел, чтобы она освободила место — она освободит. До последнего квадратного сантиметра.

В огромную хозяйственную сумку полетела не только начатая пачка дорогого кофе, но и сахар, соль, специи и даже початая бутылка оливкового масла. Она покупала это масло с первой премии на новой работе, мечтая готовить вкусные ужины для мужа. Теперь эта бутылка казалась ей символом её глупости.

Она открыла холодильник. Холодный воздух обдал разгоряченное лицо, но Елена даже не моргнула. Полки опустели за минуту. Сыр, колбаса, десяток яиц, замороженные овощи из морозилки — всё перекочевало в термопакеты. Она действовала методично, с пугающей эффективностью мародера.

Взгляд упал на полку с бытовой химией. Стиральный порошок, кондиционер для белья, средства для чистки унитаза — всё это стоило немалых денег, которых у Игоря вечно не было. «Пусть мама стирает хозяйственным мылом, это экологично», — злорадно подумала Елена, запихивая тяжелую пачку порошка в чемодан поверх своих свитеров….