Почему муж 5 лет прятал от жены правду об её «гастрите»
Дмитрия задержали прямо на рабочем месте, в ординаторской поликлиники. Костина рассказала Анне подробности: как он кричал, что это абсурд, что жена — симулянтка, что он честно пытался её лечить, но она не соблюдала рекомендации.
— А потом подошел ваш хирург, Игорь Волков, — говорила следователь. — Он был там по каким-то своим делам, подошел к вашему мужу и тихо сказал: «Я достал из твоей жены четырехкилограммовую кисту. Там начался некроз. Еще неделя, и она умерла бы в страшных муках, а ты ей — таблетки от гастрита».
Анна представила эту сцену. Дмитрия в окружении коллег, которые вдруг поняли, что работали рядом с человеком, способным на такое. Наверное, он побледнел и замолчал, как всегда делал, когда его загоняли в угол.
Через день Галина принесла Анне сумку с вещами из дома. Полиция опечатала квартиру как место преступления, но разрешила взять самое необходимое. В сумке лежал белый медицинский халат Дмитрия — тот самый, в котором он ходил на работу последние годы.
Анна машинально проверила карманы и нашла смятую распечатку. Развернула и увидела расчет страховых выплат, сделанный рукой мужа.
«Пять миллионов страховки минус три миллиона кредитного долга равно два миллиона чистыми». Ниже его почерком было написано: «Двушка в новостройке — 1,8 миллиона, остается 200 тысяч на свадьбу».
Дата на распечатке — полгода назад. Получается, еще зимой, когда Анна корчилась от боли по ночам, Дмитрий уже выбирал квартиру для новой жизни. Считал деньги, которые получит после её смерти. Планировал свадьбу со Светланой на её страховку.
Анна сидела на больничной кровати, держа в руках эту бумажку, и понимала: он не просто ждал, когда она умрет. Он активно к этому готовился. Может быть, даже торопил события, увеличивая дозы обезболивающих, которые маскировали симптомы.
На следующий день в палату ворвалась пожилая женщина в черном пальто. Анна узнала свекровь — Валентину Павловну, мать Дмитрия. Они виделись редко. Женщина не одобряла выбор сына, считала Анну недостойной врача.
— Ты довела моего сына! — закричала Валентина Павловна, не здороваясь. — Все эти годы морочила голову выдуманными болезнями. Теперь карьера разрушена, репутация погублена. Из-за твоих капризов мой сын сидит в тюрьме!
Анна молча слушала обвинения. Свекровь кричала, что Дмитрий был отличником, талантливым врачом, что всю жизнь помогал людям, что это Анна довела его до отчаяния своими бесконечными жалобами.
— Забери заявление! — требовала старая женщина. — Скажи, что все выдумала! Мой сын не может сидеть в тюрьме из-за твоих фантазий!
Анна дождалась, когда свекровь выдохнется, и молча достала из тумбочки папку с медицинскими документами. Волков дал ей копии всех заключений и фотографии удаленной кисты для оформления инвалидности. Она протянула снимки Валентине Павловне.
Старая женщина взяла фотографии и сначала не поняла, что видит. Потом прочитала заключение: «Дермоидная киста весом 4,2 килограмма. Некроз окружающих тканей. Еще 5–7 дней до летального исхода». Посмотрела на снимок патологического образования с волосами и зубами. Валентина Павловна покачнулась, выронила бумаги и рухнула на больничный линолеум.
Анна нажала кнопку вызова медсестры, но не встала с кровати. Она смотрела на лежащую без сознания свекровь и чувствовала странное спокойствие. Когда Валентину Павловну привели в чувство и увели, в палате стало тихо. Анна собрала разбросанные документы и аккуратно сложила обратно в папку. Теперь она точно знала: никто из семьи Дмитрия не поверит правде, пока не увидит доказательства собственными глазами.
Вечером пришла Галина с термосом домашнего супа. Рассказала, что в поликлинике переполох, все обсуждают арест Дмитрия. Коллеги в шоке, никто не может поверить, что рядом с ними работал человек, способный на такое.
— Светлана уволилась, — сообщила соседка. — Собрала вещи и исчезла. Говорят, уехала к родителям в другой город. А в поликлинике теперь проверяют все медицинские карты, вдруг еще что-то найдут.
Анна кивнула, доедая суп. Ей было все равно, что происходит со Светланой. Эта женщина два года спала с чужим мужем, рожала от него детей и ждала, когда законная жена умрет. Знала она правду или нет — уже неважно…
