Почему найденный у могилы ребенок заставил женщину побледнеть от ужаса
— испуганно и срывающимся голосом спросила она. Степан молча достал из глубокого внутреннего кармана куртки найденную на могиле измятую записку. Он подошел поближе и дрожащей, непослушной рукой молча протянул этот страшный клочок бумаги своей жене.
Наталья предельно аккуратно взяла клочок бумаги свободной левой рукой и быстро пробежалась глазами по неровному тексту. Прочитав пугающие строки, она мгновенно и смертельно побледнела, словно из нее разом выкачали всю кровь. «Что все это значит и кто вообще мог такое написать и оставить на могиле?» — едва слышно прошептала она помертвевшими губами.
«Я понятия не имею, Наташа, клянусь тебе», — честно ответил измученный Степан, тяжело опускаясь на ближайший свободный кухонный стул. Он мрачно и со вздохом добавил, что только что возле старого кладбища встретил очень странного и пугающего человека. Этот наглый незнакомец явно знал о найденном ребенке и настойчиво, с неприкрытой угрозой требовал его вернуть.
«Вернуть? Но кому именно и куда мы должны его возвращать?» — совершенно растерянно переспросила шокированная услышанным женщина. Степан лишь бессильно и устало развел руками, откровенно признавшись, что совершенно ничего не понимает в происходящем вокруг них безумии. В теплой уютной комнате повисла тяжелая, гнетущая тишина, нарушаемая лишь тихим причмокиванием засыпающего после сытной еды младенца.
Наталья предельно осторожно, стараясь не разбудить, переложила сытого малыша в подготовленную уютную плетеную корзину. Она заботливо и с нежностью укрыла его маленькое тельце пушистым теплым одеялом, подоткнув края. «Нам необходимо немедленно вызвать наряд полиции, пусть профессиональные правоохранители разбираются с этим странным и пугающим делом», — наконец решительно заявила она.
Степан грустно, с нескрываемой горечью усмехнулся на эти наивные слова своей правильной жены. Он резонно спросил, как она вообще представляет себе их сбивчивый рассказ дежурному о чудесно воскресшем ребенке давно мертвой невестки. «Полицейские следователи либо решат, что мы оба на старости лет окончательно выжили из ума, либо просто заберут малыша в государственный детский дом», — заметил он.
Наталья обреченно, с тяжелым вздохом кивнула, прекрасно осознавая абсолютную правоту мужа в этом сложном юридическом вопросе. Они снова надолго замолчали, погрузившись в свои тревожные мысли о незавидном будущем их неожиданно обретенного внука. Супруги смотрели в окно, где ярко и обманчиво приветливо светило холодное осеннее солнце, не приносящее никакого душевного тепла.
Несмотря на жарко и на совесть натопленную печь, в старом доме супругам казалось невыносимо темно, неуютно и зябко. «Я ни за что и никому его не отдам, — вдруг произнесла Наталья очень тихим, но полным стальной решимости голосом. — Это наш родной внук, плоть от плоти, я чувствую это всем своим материнским сердцем и точно знаю»..
