Почему собака заблокировала дверь: случай, удививший хозяина

Может ли верность спасти жизнь? Алексей никогда не задумывался об этом, пока в то утро его собака не встала на пути к двери, словно живая стена между ним и выходом. Рада, крупная немецкая овчарка с умными карими глазами, рычала. Впервые за семь лет она рычала на своего хозяина. Низко, глухо, с такой решимостью, что у Алексея похолодело внутри.

— Рада, что с тобой? — он присел на корточки, протянув руку к морде собаки.

Она отвернулась, не давая себя погладить, и снова зарычала, прижав уши к голове. Шерсть на загривке встала дыбом. Алексей посмотрел на часы: без пятнадцати восемь. Он опаздывал. Сегодня в офисе назначена главная встреча года. Та самая, от которой зависело всё: будущее компании, работа двадцати человек, память отца. Он не мог опоздать. Не имел права.

А собака лежала поперёк порога, массивная, непоколебимая, и смотрела на него с такой мольбой, будто пыталась что-то сказать.

— Девочка, мне нужно идти, — тихо произнёс Алексей, чувствуя, как голос предательски дрожит. — Рада, пожалуйста.

Но собака не двигалась. Она вытянула передние лапы, упёрлась когтями в линолеум и замерла, как изваяние. В её глазах плескалось что-то отчаянное, почти человеческое. Страх. Предупреждение. Мольба.

Телефон в кармане завибрировал. Алексей достал его дрожащими пальцами. Нина. Сестра.

— Алёша, ты где? — её голос звучал резко, без приветствия. — Тебя ждут. Инвесторы уже в кабинете.

— Еду, Нин, — он попытался говорить уверенно, но сам слышал, как фальшиво это прозвучало. — Минут двадцать, и я буду.

— Двадцать?! — она почти закричала. — У нас через десять минут начало. Ты что творишь? Мы готовились три месяца. Если ты сорвёшь встречу, я тебе этого не прощу.

Алексей закрыл глаза. Конечно, она не простит. Нина вообще мало что прощала. Она была жёсткой, как их покойный отец. После его смерти год назад именно она взяла на себя главную тяжесть: переговоры с кредиторами, поиск инвесторов, бесконечные совещания. А он пытался быть опорой, но всегда чувствовал себя недостаточно сильным и решительным.

— Я выезжаю прямо сейчас, — твёрдо сказал он и положил трубку.

Рада тихо заскулила. Этот звук пронзил его насквозь — жалобный, беспомощный, полный тоски. Алексей опустился рядом с ней на пол, обнял за шею, уткнулся лицом в тёплую шерсть.

— Что такое? — прошептал он. — Ты заболела?…