Почему триумфальный приезд закончился скандалом на всю улицу

С какой стати она должна слушать храп Гали и советы Ираиды? Почему она, хозяйка, должна чувствовать себя гостьей? Хрен вам, тихо сказала она, ни копейки врагу.

Она вышла из ванной уже собранная, строгий костюм, привычная укладка. Виталик на кухне доедал бутерброд с колбасой, последний кусок, между прочим. Слушай, он жевал, роняя крошки на пол, а если ты задержишься, может, я маму позову?

Ну, чтобы она прибралась, ужин приготовила, а то ты устанешь. Прощупывает почву, готовит алиби. Я хотел как лучше, сюрприз сделать.

Не надо, отрезала Диана, застегивая сумку. Я сама разберусь, и вообще у нас бардак, стыдно маму звать. Не вздумай. Она специально запретила, зная его натуру.

Виталик обожал делать назло, особенно если это преподносилось как «мама лучше знает». Теперь он точно их привезет, уверенный, что совершает акт сыновнего героизма и мужской независимости. Ладно, ладно, он поднял руки вверх, сдаваясь.

В глазах плясали бесята. Бегу, опаздываю. Деньги кинула? Сейчас переведу. Диана открыла приложение банка.

Но вместо перевода мужу, она быстро перекинула все средства с накопительного счета, куда уходила часть ее зарплаты и его жалкие крохи, на свой секретный счет в другом банке. Карта, привязанная к телефону мужа, была дубликатом ее основной. Лимит по ней она могла изменить в один клик.

Лимит на операции — 50 гривен. Готово. Интернет тупит, соврала она, глядя в честные глаза мужа. Доеду до работы, от Wi-Fi переведу, потерпишь час?

Ну, за-ай, протянул он капризно, я же голодный останусь. Похудеешь, тебе полезно, все, нам пора. Они вышли из подъезда вместе.

Утро было серым, типично киевским. Пахло мокрым асфальтом и выхлопными газами. У подъезда курила баба Нина с первого этажа, вечный страж двора, знающая расписание жильцов лучше участкового.

Доброе утро, Нина Петровна! Лучезарно поздоровался Виталик, он вообще любил играть на публику роль идеального соседа. Здравствуй, Виталик, здравствуй, Дианочка, проскрипела соседка, окидывая их цепким взглядом.

На труды праведные? Ага, зарабатываем на хлеб с маслом, подмигнул Виталик. Диана промолчала, она смотрела на окна своей квартиры на третьем этаже.

Темные окна, пока еще ее крепость. Через двенадцать часов, если она ничего не предпримет, там зажжется свет, загремят кастрюли, и пространство заполнится запахом дешевых духов свекрови и перегаром ее вторжения. Диана почти физически ощутила, как грязные чемоданы царапают ее паркет.

Ну все, я побежал к метро! Виталик чмокнул ее в воздух, стараясь не испортить собственный стиль. Жду перевод! Люблю!

Он бодро зашагал в сторону станции, пружинящей походкой человека, который уверен, что жизнь наконец-то удалась. В его кармане лежал телефон, в котором мама, Галя и Валя уже высылали стикеры с поцелуйчиками и обсуждали меню ужина. Диана постояла минуту, глядя ему в спину.

Ее взгляд стал тяжелым, как чугунная сковородка. Любовь? Любовь закончилась ровно в тот момент, когда она увидела смс. Любовь — это когда берегут, а когда тебя считают ресурсом, который можно доить, это уже животноводство.

А Диана не планировала быть коровой на убой. Она решительно развернулась на каблуках. Метро было налево. Она пошла направо.

Там, в двух кварталах, была круглосуточная кофейня с большими столами и хорошим интернетом. Ей не нужно было в офис, ей нужен был штаб. Ей нужно было составить план.

По дороге она достала телефон и набрала номер, который не использовала уже год. Алло? Лен? Привет, это Диана.

Слушай, ты говорила, у тебя есть база проблемных клиентов, которым никто квартиры не сдает? Да, мне надо, срочно. Нет, не убивать, пока нет.

Мне нужна бригада. Самая суровая, желательно вахтовики. Да, прям сегодня. Плачу комиссию двойную, если найдешь до обеда.

Диана вошла в кофейню, заказала двойной эспрессо без сахара. Вкус горечи сейчас был ей необходим, чтобы держать тонус. Она открыла блокнот.

На первой странице написала крупными буквами: Операция дезинсекция. 1. Лишить финансирования — сделано. 2. Обеспечить юридическое прикрытие.

3. Подготовить ловушку. 4. Смотреть, как они горят. Она сделала глоток кофе.

Многие женщины в ее ситуации начали бы рыдать, звонить маме или устраивать истерики с битьем посуды. Но Диана была бухгалтером по призванию и прагматиком по жизни. Рыдать нерентабельно, мстить себе в убыток глупо.

Нужно сделать так, чтобы Виталик не просто ушел. Нужно, чтобы он ушел, оставив ей моральную компенсацию, оплаченный клининг и чувство глубокого всеобъемлющего удовлетворения. В конце концов, он сам захотел привезти в дом семью.

Диана просто поможет ему осуществить мечту о большой, шумной компании. Только компания будет немного другой. Телефон звякнул, это была Лена Риелтор.

Ди, есть вариант. Бригада монтажников из Кривого Рога. Четверо мужиков работают на стройке элитки на Печерске. Лица такие, что ими можно гвозди забивать.

Им везде отказывают, боятся. Платежеспособные, но страшные. Брать? Диана улыбнулась.

Впервые за утро эта улыбка была искренней. Монтажники из Кривого Рога против Ираиды Степановны и ее дочерей. Это будет битва титанов.

Беру, быстро напечатала Диана. Пусть подгоняют грузовик. Она закрыла глаза на секунду, представляя лицо Виталика у закрытой двери.

День только начинался, и этот день обещал быть очень, очень продуктивным. Она не собиралась отдавать ни метра своей территории. Война была объявлена, и Диана собиралась выиграть ее всухую.

Еще кофе? Спросил официант, проходя мимо. Да, кивнула она. И десерт, самый дорогой.

Я сегодня праздную начало новой жизни. Она откинулась на спинку стула, наблюдая через витрину, как город просыпается, спешит, суетится. Где-то там, в недрах мегаполиса, Виталик ехал на работу, мечтая о халяве.

Где-то там стучат колеса поезда «Полтава-Киев», везя захватчиков. А здесь, за столиком в углу, сидела маленькая хрупкая женщина и чертила схему минного поля, на котором они все сегодня подорвутся. Диана взяла ручку и подчеркнула в блокноте пункт: Вывезти вещи до четырнадцати.

Времени было мало, но мотивации хоть отбавляй. Лена Риелтор влетела в кофейню, как ураган в брендовом плаще. Стук каблуков, облако тяжелого, дорогого парфюма и вечно вибрирующий айфон в руке, наманикюренной до состояния холодного оружия.

Она плюхнулась на стул напротив Дианы, даже не снимая темных очков, хотя в помещении царил интимный полумрак. Подруга, ты меня пугаешь? Вместо «привет» выпалила она.

Звонок в девять утра с текстом «Сдай мою хату до обеда» — это обычно начало криминальной хроники. Ты кого-то грохнула? Если да, то у меня есть ребята, которые вывозят ковры, но это отдельный прайс.

Диана не улыбнулась. Она медленно помешивала ложечкой давно остывшую пенку. Внутри у нее сейчас работал не эмоциональный центр, а холодный, расчерченный в Excel бизнес-план.

Пока никого, спокойно ответила Диана. Но ситуация, Лен, близка к чрезвычайной, мне нужен живой щит. Щит? Лена сдвинула очки на нос, открывая профессионально циничные глаза.

Так, давай по фактам. Твоя «двушка» на Дарнице. Евроремонт, техника, метро рядом. Рыночная цена — двадцать плюс коммуналка.

Если быстро — восемнадцать. Но ты просила проблемных. Зачем тебе геморрой за свои же деньги? Мне не нужны хипстеры с мопсами и не девочки-студентки.

Диана достала из сумочки конверт с копиями документов на квартиру. Мне нужны люди, которых боятся, понимаешь? Мне нужна бригада. Та самая, про которую ты ныла на прошлой неделе.

Которым никто не сдает, потому что они выглядят как персонажи из девяностых. Только на стероидах. Лена присвистнула. Криворожские?