Роды в подворотне: какая страшная правда раскрылась после случайной встречи под мостом

— Болит все тело, — Виктория попыталась улыбнуться, но получилось жалко. — Но я жива. Мы живы.

— Тебе нужен врач. И ребенку тоже. Нельзя откладывать.

— Я знаю, — Виктория кивнула. — Но если я появлюсь в больнице, Илья узнает через час. У него связи везде. В клиниках, в полиции, в администрации. Он найдет способ добраться до меня.

Галина помолчала, обдумывая слова.

— Тогда нам нужен адвокат. Сначала адвокат, потом полиция, потом больница. В такой последовательности. Чтобы ты была защищена юридически, прежде чем появишься официально. У меня есть телефон?

— Есть. — Виктория достала из кармана пальто смартфон. — Но я его выключила, боялась им пользоваться. Илья может отслеживать.

— Тогда позвони один раз. Кому-то, кому доверяешь. Адвокату, если знаешь такого.

Виктория задумалась, листая контакты дрожащими пальцами.

— Дмитрий Носов. Адвокат нашей семьи. Он работал с отцом 20 лет. Честный человек. Отец ему доверял.

— Звони, — Галина кивнула. — Объясни ситуацию. Пусть приезжает сюда или назначает встречу в безопасном месте.

Виктория набрала номер. Гудки показались бесконечными. Наконец ответили. Мужской голос, сонный и недовольный:

— Дмитрий Носов слушает.

— Дмитрий Алексеевич, это Виктория Романова. Мне нужна помощь. Срочно.

Голос мгновенно изменился:

— Виктория? Вас все ищут. Где вы? С вами все в порядке?

— Не в порядке. Совсем не в порядке. Я родила ночью. Мальчика. Мне нужна юридическая защита от мужа. Вы можете приехать?

Пауза. Потом:

— Где вы находитесь?

Виктория назвала местность и объяснила, где находится мост.

— Я не задаю лишних вопросов. Через 40 минут буду. Не уходите. Ни с кем не говорите по телефону до моего приезда.

Связь оборвалась. Виктория выдохнула.

— Он едет.

— Хорошо, — Галина встала, огляделась. — Тогда у нас есть время. Расскажи мне все. Подробно. Почему ты так боишься мужа? Что он сделал?

Виктория посмотрела на сына, потом на Галину. И начала рассказывать. Медленно, с паузами, но все более уверенно.

История началась три года назад. Виктория познакомилась с Ильей Романовым на деловом мероприятии. Он был обаятельным, успешным, внимательным. Говорил правильные слова, дарил цветы, ухаживал красиво. Через полгода предложил руку и сердце. Отец, Артем Астафьев, отнесся к жениху настороженно, но не стал возражать. Виктория была счастлива.

Свадьба прошла пышно. Илья переехал в семейный особняк Астафьевых. Постепенно начал входить в дела компании отца. Артем дал ему должность заместителя по финансам, хотел проверить способности зятя. Илья работал активно, предлагал новые схемы, привлекал партнеров.

Первые тревожные звоночки появились через год. Виктория заметила, что отец стал замкнутым, задумчивым. На вопросы отвечал уклончиво. Говорил, что устал, что бизнес требует много сил. Она не придала значения. Жизнь продолжалась, и вот уже Виктория узнала, что беременна. Радость была огромной. Илья казался счастливым, планировал будущее ребенка, обустраивал детскую.

Но постепенно его поведение менялось. Он стал контролировать каждый шаг жены. Куда идешь? С кем встречаешься? С кем говоришь по телефону? Виктория списывала это на заботу о беременной.

Все изменилось два месяца назад. Виктория зашла в кабинет мужа за забытой книгой. На столе лежали раскрытые документы. Она взглянула случайно и замерла. Договоры на продажу активов компании отца. Соглашения о переводе денег на офшорные счета. Подписи — поддельные, но очень похожие на отцовские. Виктория сфотографировала документы и показала отцу. Артем побледнел. Он уже подозревал, что что-то не так, но не имел доказательств. Теперь они были.

— Папа сказал, что Илья использует подставные компании, — Виктория говорила тише, словно боялась, что кто-то услышит. — Выводит деньги из бизнеса уже больше года. Миллионы. Создает видимость законных сделок, но на самом деле разворовывает активы. Папа начал собирать досье. Нанял частного детектива, юристов. Готовился подать в суд.

— Илья узнал об этом?

— Да. Не знаю как, но узнал. Неделю назад он пришел ко мне. Положил на стол пачку документов и сказал: «Подпишешь». Это были доверенности на управление моей долей в компании, согласие на финансовые операции. Фактически он хотел, чтобы я отдала ему контроль над всем, что принадлежит мне по закону.

Галина слушала, не перебивая. Картина становилась все яснее и страшнее.

— Я отказалась, — продолжала Виктория. — Сказала, что знаю, что он делает. Что отец готовит иск. Илья… Он изменился на глазах. Стал холодным, жестким. Сказал, что если я не подпишу — пожалею. Что мешать ему опасно. Очень опасно.

— Он угрожал тебе прямо?

— Не прямо. Но я поняла. Он говорил про отца. Что тот стареет, что всякое может случиться. Что бизнес – жесткая среда, где слабые не выживают. Он улыбался, когда это говорил. И я увидела в его глазах… пустоту. Как будто передо мной стоял незнакомец.

Виктория замолчала, прижимая ребенка ближе. Мальчик зашевелился во сне, но не проснулся.

— Я испугалась. По-настоящему испугалась. Не за себя — за отца. За ребенка. Я поняла, что Илья способен на все. Что деньги для него важнее жизни. И я сбежала. Ночью собрала сумку, взяла документы, телефон и ушла. Оставила записку отцу, чтобы не волновался. Написала, что мне нужно время подумать, что я в безопасности.

— Где ты пряталась эти дни?

— Везде и нигде. Сидела в дешевом хостеле на окраине, платила наличными. Не включала телефон. Сидела в круглосуточном кафе. Один раз в парке на скамейке. Схватки начались вчера, слабые. Я думала — ложные. Но потом они усилились. Я шла по улице и поняла: это роды. Начинаются прямо сейчас.

— И ты пришла сюда…

— Я не знала, куда идти. Больница – это первое место, где Илья будет искать. Друзья – тоже. Я просто шла, пока могла. И оказалась у моста. Увидела вас. И поняла, что это судьба. Последний шанс.

Галина кивнула. Теперь все становилось на свои места. Богатая женщина, бегущая от мужа. Роды под мостом. Страх перед тем, кого она когда-то любила.

— Твой отец знает, где ты?