Шах и мат для бывшего: как случайный визит состоятельного гостя решил исход развода
Апельсиновый сок давно превратился в теплую мутную жижу, разделившись на слои: прозрачный сверху и густой рыжий снизу. Но Ирме было все равно, и она сжимала холодный стакан с такой силой, что пальцы начинали неметь. Терраса престижного ресторана в центре Киева утопала в декоративной зелени. И именно эта зелень позволяла ей оставаться незамеченной: густые фикусы в керамических кадках, увитые плющом деревянные решетки.
Разросшиеся папоротники в подвесных кашпо скрывали ее от столика в десяти метрах. Артем сидел вполоборота, и на его безымянном пальце поблескивало платиновое обручальное кольцо. То самое кольцо, которое она выбирала три года назад в ювелирном магазине, долго сравнивая оттенки металла при разном освещении. Сейчас он ласкал руку женщины в вызывающем красном платье.
Эльвира Исакова чему-то смеялась, запрокинув голову так, что обнажилась длинная шея с ниткой жемчуга. Когда Артем наклонился и поцеловал ее прямо посреди зала, не таясь и не оглядываясь по сторонам, Ирме показалось, что внутри у нее что-то оборвалось и упало на самое дно. Это было тяжелое, металлическое чувство, не дающее вдохнуть полной грудью. Полтора месяца назад он пришел домой с лицом человека, узнавшего о смерти близкого.
Сел напротив нее на кухне, взял за руки. Ладони у него были влажные, и она тогда еще подумала, что он сильно нервничает. Он заговорил о юридических проблемах компании, о возможной конфискации имущества и о кредиторах, которые якобы подали иск. Возникла необходимость срочно оформить развод — фиктивный, временный, ради защиты их общего дома.
— Это просто бумажка, — говорил он, глядя ей в глаза. — Между нами ничего не изменится. Месяц на формальности, потом снова распишемся. Она тогда ему искренне поверила.
Десять лет работы главным аудитором, сотни проверенных балансов, тысячи выявленных нарушений и схем. И она поверила человеку, с которым делила постель, потому что любила его. Ирма не могла допустить мысли, что он способен на такое предательство. — Вы позволите? — раздался над головой низкий хриплый голос.
Ирма вздрогнула, вынырнув из воспоминаний. Высокий мужчина в сером костюме, явно сшитом на заказ, уже опускался на стул напротив. Ткань идеально облегала его широкие плечи. Он не стал дожидаться ответа и спрашивать разрешения.
Его светлые, почти прозрачные глаза смотрели на нее с выражением человека, привыкшего получать желаемое и не тратить время на церемонии. — Максим Силантьев, — представился он, кладя на стол объемную папку в кожаной обложке. — Муж той женщины, которую целует ваш муж. Ирме в этот момент катастрофически не хватало слов.
Силантьев. Это имя она знала, встречала его в деловой прессе и отраслевых отчетах. Генеральный директор логистического холдинга, группа SL, один из крупнейших игроков на рынке грузоперевозок Центральной Украины. Человек, чье состояние исчисляется сотнями миллионов.
— Бывший муж, — поправил он сам себя и открыл папку на пятой странице. — Как и ты, кстати, бывшая жена. На столе лежала заверенная копия решения суда о разводе, украшенная синими печатями и размашистыми подписями. Ее собственный развод был официально оформлен полтора месяца назад.
Она вспомнила, как Артем уговаривал ее подписать заявление, убеждая, что это просто формальность, бумажка для защиты имущества. Месяц на примирение истек, пока она преданно ждала и верила. — Он обещал подождать, — голос Ирмы звучал глухо и непривычно. — Он много чего обещал, — Силантьев достал из папки еще один документ, распечатку переписки из мессенджера.
— Например, моей бывшей жене он обещал жениться, как только освободится от надоевшей клуши. Цитата, если интересно, приведена здесь слово в слово. Ирма смотрела на бумаги, разложенные перед ней веером. Тридцать два года жизни рушились перед ней карточным домиком от одного неосторожного выдоха.
Ее аккуратная, правильная жизнь была выверена до последней копейки. Она вложила в транспортную компанию Артема все свои сбережения, накопленные за десять лет упорной работы. Она ушла с должности главного аудитора, которую предлагали ей крупнейшие компании региона, чтобы стать его тенью, его помощницей, его бухгалтером. Она слепо верила каждому произнесенному слову.
— Слезами делу не поможешь, — Силантьев произнес это жестко, без тени сочувствия. — Вы понимаете, как работают деньги, лучше других. Эти инвестиции прогорели, поэтому пора думать, как выбираться. — Зачем вы здесь?
