Скрытая связь: что жена олигарха поняла о своем прошлом, увидев человека, открывшего дверь
«Мне угрожали. В тот же день, когда я пыталась поговорить с Еленой, меня встретили у подъезда двое. Сказали, чтобы я убиралась из города случайно попадет в аварию.
Я испугалась и уехала. «Вы что-нибудь знаете о судьбе мальчика?» «Знаю», — кивнула она. «Я не могла просто так уехать.
Перед отъездом я позвонила своей двоюродной сестре в Белореченск. Она работала в отделе опеки. Я попросила ее присмотреть за мальчиком, помочь ему попасть в хорошую семью.
И она помогла. Она же и сообщила мне о смерти его приемных родителей. Мы с ней переписывались все эти годы».
Рябинин затаил дыхание. А что случилось с Максимом потом? Сестра писала, что после армии он вернулся в город, работал на стройке. А полгода назад он вдруг приехал к ней.
Сказал, что ему нужно срочно уехать, что за ним следят. Он оставил ей на хранение коробку с каким-то бумагами и просил передать их матери, если она когда-нибудь его найдет. Он сказал, что верит, что она его ищет.
Где он сейчас? Рябинин подался вперед. Он уехал в другую область на стройку. В какой-то маленький городок под названием Ужгород.
Сказал, что хочет затеряться там на время. Ужгород.
Это было похоже на правду. Туда руки Воронцева могли и не дотянуться. А что в коробке? Я не знаю.
Покачала головой Нина Петровна. Сестра не вскрывала. Она ждет.
В тот же вечер Рябинин заказал билет на самолет Ужгорода. Он решил лететь сам. Но перед отъездом он встретился с Еленой и рассказал ей о своей находке.
Он показал ей фотографию Максима и Ани. Это он прошептал Елену, касаясь пальцами изображения на фото. Я чувствую.
Она смотрела на улыбающегося молодого человека и ее сердце разрывалось от любви и боли. Он был так похож на нее. А это, видимо, его девушка, сказал Рябинин.
Она красивая, искренне сказала Елена. Надеюсь, она делает его счастливым. Она не знала, что через несколько месяцев ей придется встретиться с этой девушкой при совершенно других трагических обстоятельствах, которые снова перевернут ее мир.
Рябинин улетел в Пер, полный надежд. Он был уверен, что вот-вот распутает этот клубок. Но это был ложный след.
Тщательно продуманная дезинформация. Пока он искал Максима в Ужгород, настоящий Максим был гораздо ближе. И ему угрожала смертельная опасность.
Константин Воронцев был в ярости. Статья в желтой газетенке, хоть и не содержала имен, была прозрачным намеком. Он сразу понял, чьих это рук дело.
Детектив, которого наняла его сумасшедшая жена, подобрался слишком близко. А звонок от начальника службы безопасности окончательно забыл о себе. «Он летит в Ивано-Франковск», докладывал тот по защищенной линии.
«Билет в Закарпатье?» «Оттуда, видимо, в Ужгород». «Кажется, он ищет там какого-то белого Максима Сергеевича». Константин бросил трубку на рычаг.
«Ужгород?» «Значит, дезинформация сработала». Он лично придумал эту легенду про Ужгород, чтобы отвести от себя подозрения. Еще полгода назад, когда его люди узнали, что Елена жив, здоров и собирается строить дом в Белореченске, он понял, что нужно действовать.
Этот парень был бомбой замедленного действия. Рано или поздно Елена могла его найти, и тогда вся его тщательно выстроенная жизнь, его империя, его статус все рухнуло бы. Он не хотел его убивать, нет.
Это было бы слишком грязно и оставляло следы. Он придумал план изящнее. Он представился другом его настоящего отца и рассказал красивую историю о том, что отец – крупный бизнесмен, который не мог признать его раньше, но теперь хочет помочь.
Он предложил Максиму работу в одном из своих закарпатских филиалов с огромной зарплатой и перспективами. Максим, наивный провинциальный парень, поверил. Он уволился со стройки, оставил сестре медсестры коробку с документами на случай, если его будет искать мать Его привезли в реабилитационный центр закрытого типа.
Надежда – элитное заведение для детей богатых родителей, страдающих от наркозависимости. С помощью поддельных анализов и сфабрикованной истории болезни Максима Белого поместили туда на принудительное лечение от тяжелой наркомании. Директор клиники был давним должником Воронцева.
Теперь Максим был надежно изолирован от мира. Мощные нейролептики и постоянные наблюдения превратили его в послушного, апатичного пациента. Константин был доволен.
Проблема была решена. Но теперь этот проклятый детектив снова все растревожил. Нужно усилить охрану в надежде, приказал он начальнику безопасности.
И никаких контактов с внешним миром для пациента Белого. Абсолютно никаких. А за детективом в Закарпатье присмотрите.
Главное, чтобы он был занят и не совал нос куда не следует. Елена ничего не знала об этих интригах. Она жила надеждой.
Рябинин звонил ей из Закарпатья раз в два дня. «Я нашел следы», — говорил он бодрым голосом. Он действительно работал здесь на стройке.
Но уехал месяц назад. Ищу дальше. Она верила ему.
И ждала. Перестала ходить на светские мероприятия, ссылаясь на мигрень. Константин наблюдал за ней с плохо скрываемым злорадством.
Он наслаждался ее мучениями. Однажды, разбирая старые бумаги в кабинете мужа, она искала документы для благотворительного фонда, Елена наткнулась на папку с надписью «Центр надежда». Отчеты.
Внутри были финансовые документы, счета за оказание медицинских услуг. Она пролистала их без особого интереса, пока ее взгляд не зацепился за одну фамилию в списке пациентов. Белов Эмс.
Сердце пропустило удар. Белов. Та самая фамилия, которую носил ее сын.
Эмса. Максим Сергеевич. Совпадение? Она посмотрела на дату поступления.
6 сентября прошлого года. Тот самый день, когда Максим, по словам его друга, пропал. Она быстро сфотографировала документ на телефон и положила папку на место.
Весь день она ходила, как в тумане. Мысли путались. С одной стороны, это могло быть простое совпадение.
С другой, слишком много деталей сходилось. Вечером она позвонила Рябинину. Андрей Петрович? Я кое-что нашла.
Она рассказала ему о папке и фамилии в списке. В трубке на несколько секунд Максим Сергеевич. Рябинина? Это может быть очень опасно.
Наконец произнес он. Не делайте ничего. Я вылетаю в столицу первым же рейсом.
Но Елена не могла ждать. Она нашла в интернете адрес реабилитационного центра «Надежда». Элитное заведение в Сосновом Буру.
В 50 километрах от столицы. На следующий день, сказав мужу, что едет в фонд, она села в свою машину и поехала по указанному адресу. Центр был окружен высоким забором с камерами видеонаблюдения.
На въезде шлагбаум и суровые охранники. Я к пациенту Белову, сказала она, стараясь, чтобы голос не дрожал. Я его мать.
Охранник связался с кем-то по рации. Затем посмотрел на нее холодными глазами. У пациента Белова нет родственников.
И сегодня неприемный день. Ее не пустили. Но когда она отъезжала от ворот, она увидела в зеркале заднего вида, как из здания центра вышел ее муж Константин.
Он садился в свою машину. Теперь сомнений не оставалось. Это была ловушка.
Ее сын был здесь, в этой тюрьме, и ее собственный муж держал его в заложниках. Ярость, чистая, обжигающая, сменила страх. Она развернула машину и поехала обратно в столицу.
Но не домой. У нее были ноги. Он только что прилетел из Ивано-Франковска.
Я все знаю, сказала она, входя в кабинет. Он там. В этой клинике.
Мой муж держит его там. Рябинин молча выслушал ее сбивчивый рассказ. Я был идиотом, сказал он, когда она закончила.
Повелся на эту утку с Ужгородом. А он все это время был здесь, под носом. Что нам делать? В ее голосе звучало отчаяние.
Мы не можем просто так ворваться туда. Охрана, врачи, все куплены. Нам нужен план, задумчиво произнес Рябинин.
И нам нужна помощь. Официально мы ничего не докажем. Значит, будем действовать неофициально.
Он подошел к окну и посмотрел на вечерний город. У меня есть один знакомый, журналист-расследователь. Специализируется на таких скандальных историях.
Если мы сможем проникнуть внутрь и получить доказательства, что Максима держат там насильно, мы поднимем такой шум, что Воронцову не помогут никакие связи. План был рискованным, почти безумным. Но другого у них не было.
Елена смотрела на решительное лицо детектива и понимала, что готова пойти на все. Ради спасения сына она была готова сразиться с собственным мужем. И в этой битве она больше не собиралась проигрывать.
Разработка плана по проникновению в Центр Надежды заняла несколько дней. Рябинин и его знакомый журналист Игорь Лавров круглосуточно просиживали в офисе, изучая схемы здания, распорядок дня, систему охраны. Лавров, циничный и прожженный репортер, поначалу отнесся к истории скептически, но когда Рябинин изложил все факты, в его глазах загорелся профессиональный азарт.
«Если это правда, — сказал он, — то это бомба. Жена олигарха против мужа прятанного в психушку сына. Это же готовый сценарий для Голливуда.
План был прост и дерзок. Елена должна была под предлогом внесения крупного пожертвования договориться о встрече с директором клиники. Во время этой встречи Лавров под видом ее помощника должен был случайно отойти и с помощью миниатюрной камеры снять все, что происходит в коридорах и палатах.
А Рябинин в это время должен был создать слепую зону. Самая темная ночь перед рассветом пробормотал Рябинин, проверяя оборудование. Он чувствовал, что они ходят по лезвию ножа….
