Случайная гостья: как одна встреча изменила ход лечения сложного пациента.

— сердце Клары забилось в бешеном ритме.

— Лейкоцитарная формула вновь продемонстрировала легкий рост. Показатели все еще болтаются ниже критической отметки, но они явно лучше вчерашних. Почечные пробы тоже радуют, а очаг воспаления начал затухать.

— Да это же настоящий прорыв! — взревел от восторга отец. — Значит, организм пошел на поправку!

— Господин Алексеев, я вынужден опустить вас с небес на землю, — осадил его пыл медик. — Давайте обойдемся без ложных эйфорий. Это крошечные, микроскопические сдвиги. Мальчик по-прежнему балансирует на краю пропасти, и официальный прогноз остается неизменным.

— Но ведь ему не становится хуже! — парировала мать. — Вы давали нам максимум неделю и обещали стремительный регресс. А мы видим стабильный, пусть и слабый, прогресс!

Возразить на эти железные аргументы доктору было нечего.

— Вы правы, отрицать глупо, — сдался он. — Но моя клиническая практика изобилует подобными аномалиями. Организм часто выдает последнюю мощную вспышку перед тем, как окончательно поднять белый флаг.

— А что, если это не вспышка? — настаивал бизнесмен. — Вдруг он реагирует на скрытые факторы, которые не улавливают ваши сверхточные приборы?

— Что вы имеете в виду? — искренне удивился завотделением.

Родион уже открыл рот, чтобы выдать тайну золотистой тары, но жена больно впилась ногтями в его запястье. Ее логика была безупречной: врач сочтет их свихнувшимися сектантами и прикроет лавочку под предлогом нарушения больничного режима.

— Мы говорим о целебной силе дружбы, — взяла инициативу в свои руки Клара. — Научное сообщество давно признало влияние позитивного стресса на регенеративные процессы. Вполне вероятно, что общество лучшей подруги заставляет нашего мальчика ожесточенно бороться за жизнь?

Федоров серьезно обдумал услышанное.

— Исключать нельзя, — задумчиво кивнул он. — Нейробиология — штука тонкая и не до конца изученная. Мощный психосоматический импульс действительно способен модулировать иммунную систему. Массированный выброс эндорфинов от общения вполне может дать такую причудливую картину в анализах.

— Значит, мы не отступаем от плана, — подытожил отец. — Девочка будет навещать его на регулярной основе.

— Если вы видите в этом смысл, я даю зеленый свет, — согласился медик. — В текущем положении мы приветствуем любые методы, повышающие уровень комфорта пациента.

Оставшись в одиночестве, супруги слились в страстных объятиях.

— Он выкарабкивается, — со слезами на глазах прошептал Родион. — Буквально по миллиметру, но выкарабкивается.

— Давай не будем гневить Бога и бежать впереди паровоза, — дрожащим голосом предостерегла Клара. — Доктор ясно дал понять, что сдвиги ничтожны.

— Плевать на доктора, важен сам факт прогресса! — не сдавался мужчина. — Представь, если эта тенденция сохранится? Если он будет прибавлять по капле каждый божий день?

— Это станет беспрецедентным чудом в истории мировой медицины, — резюмировала супруга. — И, видимо, именно чудо — наш единственный шанс на спасение.

На мегаполис вновь опустилась непроглядная тьма. Родион и Клара организовали круглосуточное дежурство у постели наследника. Пока один пытался урвать часы сна, второй гипнотизировал дисплеи аппаратуры, молясь всем известным богам о завтрашнем улучшении.

В это же время, в обшарпанной квартирке на окраине города, маленькая Варя крепко спала в обнимку со своей пластиковой реликвией. Ей снились яркие картинки, где они с Петей вновь радостно носятся по территории садика. А в соседней комнате старая баба Таня вглядывалась в звездное небо, нашептывая древнюю молитву. Ту самую, что передавалась в их роду из поколения в поколение.

Ведь когда передовые технологии поднимают руки вверх, на сцену выходит непоколебимая, первобытная вера. И простой народ прекрасно знает, как раздуть из этой искры спасительное пламя, когда надежда, казалось бы, мертва.

Вторые сутки сверх отведенного медиками лимита выдались хмурыми и дождливыми. Миллионер со стоном разогнул затекшую спину, проклиная жесткое больничное кресло. Клара бодрствовала, бережно поглаживая тонкие пальчики своего мальчика.

— Он очнулся еще на рассвете, — сообщила она мужу. — Попросил попить и даже осилил парочку ложек фруктового желе.

— Ты не шутишь?!