Смех судьи на весь зал: что на самом деле скрывалось в моих справках о доходах
После оглашения приговора в зале стало пусто и как-то оглушительно глухо. Денис сидел на своем месте, уткнувшись лицом в ладони, и совершенно не двигался. Со стороны казалось, что он даже забыл, как нужно дышать.
Его бывший адвокат нервно собирал разложенные по столу бумаги. «Я самостоятельно отстраняюсь от защиты из-за явного конфликта интересов», — бормотал он, ни на кого не глядя. «Моя профессиональная репутация мне гораздо дороже этих проблем».
Присутствующие начали медленно расходиться к выходу. Представители государственных служб забрали свои заверенные копии документов. Тамара Викторовна ушла вместе с подругой; они громко рыдали и о чем-то перешептывались.
Максим и Соломия подошли к матери, осторожно обняли ее за плечи и сказали, что обязательно приедут вечером. В огромном зале остались только судебные приставы и сломленный Денис. Он продолжал бессмысленно смотреть на кольцо Юлии, словно этот кусок золота мог ему что-то объяснить.
Катерина поднялась со своего места самой последней. Она спокойно сложила оставшиеся документы в сумку, застегнула пальто и аккуратно поправила воротник. Двадцать долгих лет унизительного молчания наконец-то закончились.
Она вышла из здания суда потихоньку, осторожно переставляя ноги. Ей казалось, что она заново учится ходить после долгой болезни. На каменных ступенях ее покорно ждали Максим и Соломия.
Они крепко держались за руки, как в далеком детстве, когда боялись самостоятельно переходить дорогу. Максим подошел первым и крепко обнял свою мать. Она физически чувствовала, как мелко трясутся его напряженные плечи.
«Поехали домой, мама, мы уже приготовили ужин». Катерина подняла голову и посмотрела на серое, затянутое облаками небо. Оно было низким и тяжелым, словно нависло прямо над городскими крышами.
На карнизе судебного здания сидели обычные городские голуби. Они тихо ворковали между собой, перебирали лапками и чистили взъерошенные перья. Это были самые обычные птицы, которых она видела тысячи раз, но сегодня они казались ей особенными.
Возможно, это было потому, что впервые за много лет ей стало по-настоящему легко дышать. Больше не нужно было задерживать дыхание, бояться лишнего вдоха или прислушиваться к шагам. Не нужно было опасаться, что кто-то заметит ее минутную слабость.
Грудь наполнилась свежим воздухом медленно и глубоко, как после очень долгой задержки под водой. Максим галантно открыл перед ней дверцу своей старенькой, но ухоженной машины. В уютном салоне вкусно пахло кофе и чем-то неуловимо домашним.
Скорее всего, под сиденьем стоял заботливо приготовленный детьми термос. Соломия тихо села рядом, то и дело вытирая покрасневшие глаза рукавом куртки. Катерина устроилась на заднем сиденье и машинально бросила взгляд в зеркало заднего вида.
Возле служебного входа в здание суда одиноко стоял Денис. Он был сильно сгорблен, отчего казалось, будто он резко уменьшился в росте. Его плечи были уныло опущены, а руки глубоко спрятаны в карманы брюк…
