Тайна записки в кармане: почему ребенок оказался один в лесу

— Нет. А вот номера его приятелей у меня есть. — Виктор достал потрепанную записную книжку. — Может, они что знают. Записывайте.

Дрожащей рукой он продиктовал несколько телефонных номеров. Каждая цифра отдавалась в голове Андрея зловещим эхом.

По дороге домой Денис молчал, время от времени поглядывая на хмурое лицо Андрея. Только когда они подошли к крыльцу дома лесника, мальчик тихо спросил:

— Дядя Андрей, а почему мы дядю Сашу искали? Вы же хотели про маму спросить?

— Да, — кивнул лесник, отпирая дверь. — Думал, может, он знает, где твоя мама.

Денис задумчиво кивнул, а потом вдруг вспомнил:

— А я слышал, как дядя Саша кричал на маму в последний раз, — сказал он грустно. — Он говорил: «Выбирай: или я, или этот щенок». А мама плакала и отвечала, что не может меня бросить.

Андрей замер на пороге. Слова мальчика ударили его как молния. Все становилось на свои места: угрозы Саши, исчезновение Веры, взятый топор.

— И что было дальше? — осторожно спросил он.

— Дядя Саша очень разозлился, — прошептал Денис. — Кричал, что мама пожалеет. А потом мама сказала мне собирать рюкзачок, и мы пошли в лес.

Андрей обнял дрожащего мальчика, чувствуя, как внутри все сжимается от ужасного предчувствия. Ситуация была гораздо серьезнее, чем он думал сначала. И с каждым часом становилось все яснее, что Вера могла попасть в смертельную опасность.

Телефон зазвонил так резко, что Андрей чуть не уронил чашку с утренним кофе. На часах было только семь утра — слишком рано для обычных звонков. Лесник снял трубку, и голос участкового Петрова сразу развеял остатки сна.

— Андрей Петрович, срочные новости, — сказал участковый без предисловий. — Нашли машину Саши Курочкина.

Сердце лесника пропустило удар.

— Где? — коротко спросил он.

— В лесу, километрах в двадцати от вас. Брошена у дороги, врезалась в дерево, — голос Петрова звучал мрачно. — И есть следы крови в салоне. Много крови.

Андрей посмотрел на спящего на диване Дениса. Мальчик сопел тихонько, обняв старую игрушечную собаку.

— А тела нет? — тихо спросил лесник.

— Пока нет. Но поисковые работы только начались, — ответил участковый. — Можете встретиться на месте? Ваша помощь не помешает.

— Конечно. Только ребенку пока ничего не говорите, ладно?

— Понял. Жду вас через час.

Андрей аккуратно разбудил соседку Марию Ивановну и попросил присмотреть за Денисом, объяснив, что срочно вызвали по работе.

Старая белая «девятка» смотрелась в лесу как выброшенная на берег рыбина. Передняя часть была основательно смята о толстую березу, капот вздыбился, словно крышка консервной банки. Петров в резиновых перчатках осторожно открывал дверцы, а Андрей стоял рядом, чувствуя тошноту от вида темных пятен на сиденьях.

— Крови много, — мрачно констатировал участковый. — На руле, на спинке сиденья, даже на потолке брызги есть.

— Саша ранен? — спросил лесник, хотя внутренний голос подсказывал другой ответ.

— Не думаю, — покачал головой Петров. — Следы от рук на руле чистые. Это чужая кровь.

Он обошел машину и открыл багажник. То, что они увидели, заставило обоих мужчин невольно отступить. В багажнике лежал топор — тот самый, который Саша брал у брата. Лезвие было покрыто засохшими бурыми пятнами.

— Боже мой! — прошептал Андрей.

— Отправлю на экспертизу, — сказал участковый, доставая пластиковый пакет. — Узнаем, человеческая ли кровь. Хотя я уже догадываюсь.

Поисковая группа прочесывала лес в радиусе километра от машины, но пока безрезультатно. Следы терялись в густой траве и опавшей листве. Первый адрес из записной книжки Виктора привел их в панельную многоэтажку на окраине. Толя Громов, приятель Саши, открыл дверь в засаленном спортивном костюме и с похмельными глазами.

— Сашка? — переспросил он, почесывая небритую щеку. — А что, опять что натворил?

— Когда его последний раз видели? — деловито спросил участковый, показывая удостоверение.

— В субботу вечером приходил, — нехотя ответил Толя. — Странный какой-то был, возбужденный. Все смеялся и говорил, что решил проблему.

— Какую проблему? — уточнил Андрей.

— Да с бабой своей. Хвастался, что теперь она с ним поедет куда угодно. — Толя зевнул и потер глаза. — Мол, больше не будет артачиться из-за сына.

Петров и Андрей переглянулись.

— А денег не просил? — продолжал расспросы участковый.

— Просил в долг на дорогу. Говорил, срочно нужно уезжать, — кивнул Толя. — Но я отказал, сам на мели сижу. Он тогда разозлился, сказал: «Сами виноваты, что не поверили. Скоро всем покажу, на что способен».

— И больше его не видели?

— Не-а. Уехал на своей развалюхе, и всё.

К полудню в поисках участвовали уже человек десять: местные охотники, лесники, несколько добровольцев. Андрей не мог сидеть дома, зная, что где-то в этом лесу может лежать тело Веры. Он шел между деревьями, внимательно осматривая каждый куст, каждое углубление.

— Андрей Петрович! — крикнул один из поисковиков. — Тут что-то есть.

В зарослях малины лежала женская сумочка — черная, потертая, с оторванной ручкой. Петров осторожно поднял ее за уголок и заглянул внутрь.

— Паспорт Веры Кошкиной, — мрачно сообщил он. — Кошелек, деньги на месте. Значит, не ограбление.

Сумочка лежала метрах в пятидесяти от дороги, словно ее бросили впопыхах. Деньги и даже дешевые сережки остались нетронутыми — убийца явно не за наживой охотился.

— След идет дальше в лес, — сказал опытный следопыт Семенов, указывая на примятую траву. — Кого-то тащили. Или кто-то сам шел, но с трудом.

Поисковики двинулись по следу, но через полкилометра он терялся в болотистой низине. Андрей стоял на краю топкого места и понимал: если Веру сбросили туда, найти ее будет почти невозможно.

Мария Ивановна встретила Андрея на пороге с обеспокоенным лицом. За ее спиной в коридоре маячила маленькая фигурка Дениса.

— Андрей Петрович, мальчик весь день только о маме и спрашивает, — тихо сказала соседка. — Не ел толком, не играл. Только у окна сидел и ждал.

— Дядя Андрей! — Денис подбежал и крепко обнял лесника за ноги. — Вы нашли маму? Она придет?

Андрей присел на корточки, посмотрел в полные надежды детские глаза и почувствовал, как что-то обрывается в груди.

— Пока не нашел, сынок, — тихо сказал он.

— Но мама же обещала прийти! — настаивал мальчик. — Она не обманывает. Никогда не обманывает.

Мария Ивановна покачала головой.

— Все утро повторяет: «Мама обязательно придет, она обещала». Не могу его переубедить.

Андрей понял, что больше не может скрывать правду. Ребенок имеет право знать, что происходит с его матерью. Даже если эта правда разобьет ему сердце….