Тест для невесты: миллионер попросил уборщицу подыграть ему, и результат шокировал всех

— Тот бутик мой. И еще пять по городу. Я действительно начинала уборщицей восемь лет назад. Но потом построила бизнес. А в тот вечер просто приехала проверить магазин, надела рабочий халат. Ты принял меня за простую сотрудницу, и я… Не стала исправлять.

Тишина. Максим молчал, переваривая услышанное.

— Почему? — спросил он наконец. — Почему ты молчала?

— Сначала показалось забавным. Потом стало интересно, как ты общаешься со мной. А потом было уже страшно признаться.

— И ты играла. — Его голос был холодным. — Всю неделю. Пока я открывал тебе душу, ты молчала. Врала каждый день.

— Максим… Я…

— А что еще неправда? История про брак? Про бывшего мужа?

— Нет. Это правда. Все правда. Я соврала только про то, что сейчас просто уборщица.

Максим смотрел на нее долгим взглядом.

— Знаешь, что самое обидное? Я влюбился в тебя не из-за денег или статуса. Мне было все равно, кто ты. Я влюбился в человека. Умного, сильного, искреннего. Или мне казалось, что искреннего?

— Нет, не ложью. Все, что я говорила, все чувства — это правда. Я была собой.

— Собой? — Он усмехнулся горько. — Ты позволила мне думать, что знаешь, каково начинать с нуля. А сама уже давно наверху. Мы одного поля ягоды, а ты изображала бедную золушку.

— Я не забыла, откуда пришла. Но и не сказала, куда пришла.

Они замолчали. Максим отказался от меню, которое принес официант.

— Послушай, — попробовала Лена. — Дай мне шанс все исправить. Давай начнем сначала, по-честному.

— Как можно начать сначала, когда доверие разрушено? Я рассказывал о своих страхах, о том, что боюсь людей в масках. А ты сама была в маске. Это несправедливо.

— Несправедливо?

— Ты неделю водила меня за нос. Я переживал, что у тебя тяжелая работа, думал, как помочь. А ты, наверное, смеялась.

— Никогда. — Слезы наворачивались на глаза. — Мне было хорошо с тобой. По-настоящему. Впервые за много лет.

Максим потер лицо руками.

— Мне нужно время, — сказал он. — Подумать.

— Сколько?

— Не знаю. Может, день. Может, больше.

— Есть еще кое-что, — сказала Лена. — Виктория предупредила. Ее отец узнал про нас. Собирается отомстить. Отозвать деньги из проекта.

Максим вскинул голову.

— Откуда ты знаешь?

— Она приходила в бутик. Говорила, что Ларин в ярости. Хочет разрушить тебя.

— Отлично. — Максим усмехнулся. — Просто отлично. Личная жизнь рушится, и бизнес под угрозой.

— Может, я помогу? Объяснить, что… Что мы его разыграли?

— Это только хуже сделает. — Он встал, достал бумажник. — Извини, Лена, но я не могу сейчас. Мне надо быть одному.

Она хотела обнять его, но Максим отступил. Этот жест ранил больнее всех слов.

— Я позвоню, когда буду готов говорить.

Он ушел. Лена села обратно, уронила лицо в ладони. Все рухнуло.

Телефон завибрировал. Сообщение от неизвестного номера.

«Елена Орлова? Олег Ларин. Завтра в два часа дня, мой офис. Адрес во вложении. Не приедете — пеняйте на себя».

Что ж. Завтра разговор с отцом Виктории. От него зависит, останется ли у Максима бизнес. Дома Лена не спала всю ночь. К утру план созрел.

Офис Ларина находился в престижном бизнес-центре. Лена приехала без пяти два в деловом костюме. Секретарь проводила в кабинет. За массивным столом сидел мужчина лет шестидесяти. Седые волосы, жесткие черты, холодный взгляд.

— Елена Орлова, — сказал он. — Садитесь. Я навел справки, — начал Ларин. — Шесть бутиков, годовой оборот 95 миллионов. Впечатляет. Но меня интересует, зачем вы с Северовым выставили мою дочь дурой?

— Мы не собирались. Максим попросил помочь. Ваша дочь не принимала отказов полгода.

— Моя дочь имела право на внимание. Северов должен был быть благодарен.

— За что? За преследование? — Лена наклонилась вперед. — Олег Викторович, чувства нельзя навязать. Максим был честен с Викторией с самого начала.

— Он обязан был быть заинтересован. — Ларин стукнул кулаком по столу. — Я вложил в его проект 40 миллионов.

— А он строил бизнес. Работал над проектом. При чем тут личные отношения?