Увольнение за инициативу: чем обернулся конфликт главврача и рядовой сотрудницы

— Ошибка — это неправильный диагноз, — строго ответил Рогозин. — А выгнать на улицу заслуженного ветерана и специалиста высочайшего класса — это управленческий провал.

Они вернулись в здание клиники. В холле персонал провожал их удивленными взглядами. Кирилл стоял в стороне, понимая, что его карьера в этом учреждении завершена. В этой тишине было только торжество профессиональной справедливости.

Рогозин предложил Марине присесть, а медсестры быстро принесли горячий чай. Генерал вернул ей ее документы, которые были найдены в ординаторской.

— Хватит оставаться в тени, — сказал он уверенно. — Твои профессиональные навыки уникальны. Волков подтвердил, что твоя экстренная помощь была безупречной. Сын в безопасности, спасибо тебе за это.

Марина посмотрела на свои руки, понимая, что они созданы для спасения жизней, а не для уборки.

— Я не могу работать врачом официально, у меня нет действующего гражданского сертификата, только полевой опыт, — скромно заметила она.

— Мы решим этот вопрос, — заверил Рогозин. — А пока клиника обязана предложить вам достойную должность, соответствующую вашему опыту.

Главврач поспешно согласился профинансировать переподготовку и предоставить все необходимые условия для работы. Маски были сброшены, и Марине больше не нужно было притворяться незаметной сотрудницей. Через час она привела себя в порядок и надела новую, идеально чистую медицинскую форму. Посмотрев в зеркало, она увидела уверенного в себе специалиста.

В коридоре ее ждал хирург Волков, чтобы обсудить тактику дальнейшего ведения пациента. Она шагнула в светлый коридор клиники с достоинством профессионала. Кирилл собирал свои вещи в ординаторской, не решаясь поднять глаза. Марина направлялась в отделение интенсивной терапии, потому что ее истинное место было рядом с пациентами, нуждающимися в помощи.