Вернулась домой раньше и застала свекровь в спальне за очень подозрительным занятием

— Девочка, ну не горячись. Давай спокойно всё обсудим.

— Спокойно? Ваш сын украл у меня 140 000. Вы полгода живёте в моей квартире нахлебницей. О чём тут говорить?

— Я не нахлебницей. Я помогала по хозяйству.

— Никто вас не просил. Вы должны были уехать через месяц. Прошло полгода. Вы обманули меня так же, как и ваш сын. Собирайте вещи. Если через два часа не уйдёте, вызову полицию.

Алина вышла из комнаты и заперлась в ванной. Руки тряслись, сердце бешено колотилось, но она чувствовала странное облегчение. Наконец-то. Наконец-то она сказала всё, что думает. Наконец-то поставила границы.

Через полтора часа Денис и Вера Сергеевна вышли из квартиры с сумками. Денис попытался ещё раз заговорить с женой, но Алина была непреклонна.

— Завтра я иду в банк и в полицию. Советую тебе найти хорошего адвоката.

На следующий день Алина взяла отгул, поехала в банк, объяснила ситуацию. Менеджер был сочувствующим.

— К сожалению, такие истории не редкость. Мы можем предложить вам реструктуризацию. Вы будете платить свою часть плюс постепенно погашать задолженность. Или можете потребовать продажи квартиры через суд и раздела средств.

Алина выбрала второй вариант. Она не хотела больше ничего общего с Денисом. Квартиру выставили на продажу. Через два месяца нашёлся покупатель. После погашения ипотеки и задолженности осталось 2,8 млн. Поделили пополам. Алина получила 1,4 млн.

Денис пытался через суд доказать, что имеет право на большую долю, так как первоначальный взнос был больше с его стороны. Но Алина предоставила документы, подтверждающие, что она платила исправно все три года, а Денис последние четыре месяца не платил. Суд встал на её сторону.

Заседание было напряжённым. Адвокат Дениса пытался представить его жертвой обстоятельств:

— Мой клиент столкнулся с мошенничеством со стороны партнёра. Он пытался спасти семейный бюджет, взяв кредит на бизнес. Это не преступление. Это попытка обеспечить семью.

Но адвокат Алины был убедительнее: