Загадка цветущих роз: дом пустовал два года, но кто-то продолжал поддерживать в нем жизнь
Следующие восемь месяцев тянулись как восемь лет. Следствие, очные ставки, экспертиза. Родион сначала все отрицал, потом, когда адвокат объяснил ему, что видеозапись с признанием — это приговор, начал валить все на Жанну. Мол, она его совратила, опоила, он был не в себе. Жанна в ответ выложила все: и про игровые долги Родиона, которые он скрывал, и про его планы устроить аварию самой Софье, если бы та начала что-то подозревать. Показала переписку, где он расписывал, как лучше инсценировать несчастный случай.
При обыске в квартире Жанны нашли остатки той самой настойки ландыша. Она хранила пузырек как трофей. Тамара Ивановна дала показания о поддельной доверенности. Эксперты подтвердили подделку подписи.
Зал областного суда был забит в день оглашения приговора. Местные журналисты, зеваки, дальние родственники Леши, которые вдруг вспомнили о родстве. Судья, женщина лет шестидесяти в очках, зачитывала приговор ровным голосом: «Признать виновными в убийстве по предварительному сговору группой лиц из корыстных побуждений с особой жестокостью…»
Родион сидел на скамье подсудимых, ссутулившись. От его былой наглости не осталось следа, только потухший взгляд и нервно подергивающиеся пальцы.
— Назначить Ведерникову Родиону Павловичу наказание в виде девятнадцати лет лишения свободы с отбыванием в колонии строгого режима.
Он даже не дернулся, услышав срок. Просто еще ниже опустил голову.
— Калюжной Жанне Сергеевне — четырнадцать лет лишения свободы с отбыванием в колонии общего режима.
Жанна заплакала, но тихо, без истерик. За месяцы в СИЗО от ее лоска не осталось ничего. Серое лицо, тусклые волосы с отросшими корнями.
После оглашения приговора София попросила о встрече с Родионом. Последняя встреча. Комната для свиданий в СИЗО: четыре стены, стол, стулья и толстое стекло посередине. Родиона ввели в наручниках. Он сел, не поднимая глаз. София смотрела на него молча. Вспоминала, как он сидел на диване Леши в его рубашке, обнимая его убийцу. Как пил из его кружек, ходил по его дому в тапочках хозяина. Она положила раскрытую ладонь на стекло. Не для прощания — для закрытия этой главы.
Родион поднял глаза, увидел ее жест. Что-то дернулось в его лице — не раскаяние, скорее удивление. София встала и вышла, не сказав ни слова.
На улице моросил мелкий дождь. Небо было серым, но впервые за долгое время это не давило на нее. Просто обычное осеннее небо.
В «Сосновый берег» она вернулась через неделю. Дом стоял пустой, пропахший затхлостью и полицейским присутствием. Следователи перевернули все вверх дном во время обысков. София наняла бригаду. Вынесли всю мебель: диван, на котором сидели убийцы, кровать, где они спали, стол, за которым ели. Содрали обои, выкинули шторы. Только розарий перед домом остался нетронутым: кусты стояли голые, готовясь к зиме, но живые.
В старых вещах Леши она нашла блокнот с записью его рукой: «Если нам с Софкой дом не понадобится, пусть лучше своим достанется». Через знакомых разыскала дальнюю родственницу, Наталью, троюродную сестру. Та после развода с мужем-алкоголиком снимала комнату с двумя детьми, мальчиком семи лет и девочкой пяти…
