Загадка, замеченная с воздуха: что скрывали фуры, брошенные в овраге

Storium · Читати українською:

«Я бывший военный лётчик. Сейчас работаю в санитарной авиации в Ивано-Франковской области. Неделю назад обнаружил в горах захоронение. Более шестидесяти тел в брошенных рефрижераторных прицепах.

Есть основания полагать, что это жертвы организованной преступной группы, занимающейся торговлей людьми и использованием рабского труда на нелегальных приисках. За мной была организована погоня. Мой друг, возможно, погиб или захвачен.

У меня есть координаты места захоронения и предположительные координаты действующего лагеря, где удерживают людей. Нужна помощь, чтобы придать это огласке. Готов предоставить все детали при личной встрече. Прошу соблюдать конфиденциальность. Моя жизнь и жизнь моей семьи под угрозой».

Отправил и стал ждать. Ответ пришёл на следующее утро. Писал Виктор Ермолин, журналист из Львова. Андрей читал его расследования. Жёсткие, бескомпромиссные тексты о коррупции в силовых структурах, о нелегальном бизнесе, о связях чиновников с криминалом.

«Андрей, ваше письмо меня заинтересовало. Но прежде чем двигаться дальше, мне нужны доказательства. Фотографии, документы, свидетельства — что угодно, что подтверждает ваши слова. Без этого я не могу начать работу. Понимаю, что ситуация опасная. Готов приехать лично, если вы сможете показать мне что-то конкретное. Виктор».

Андрей перечитал письмо трижды. Доказательства. Всё упиралось в доказательства. Телефон лежал в земле в семидесяти километрах от дороги. Чтобы его забрать, нужно было вернуться туда, где его чуть не убили. Туда, где, возможно, до сих пор ищут. Но другого выхода не было.

Вечером пришла Лена. Она весь день ездила по городу, пыталась узнать что-нибудь о Баранове.

— Ничего. Нет. Телефон не отвечает. Соседи говорят, уехал на охоту неделю назад. С тех пор не появлялся.

— «На охоту», — горько усмехнулся Андрей. — Со мной он уехал, я знаю.

Но официально он просто пропал. Никто не ищет, никому нет дела. — Андрей сжал кулаки. — Нужно возвращаться.

— За телефоном?

— За телефоном. И за Сергеем. Если он жив, они могли его взять. Держат где-нибудь, допрашивают.

— Или убили.

— Или убили, — согласился Андрей. — Но я должен знать и должен забрать доказательства.

Лена села рядом, взяла его за руку.

— Как ты собираешься это сделать?

— Один, без оружия, против людей с автоматами и вертолётом.

— Не один. Журналист из Львова готов приехать. Если он будет со мной, это уже другой расклад. Убить журналиста — это национальный скандал. Они не рискнут.

— А если рискнут?

Андрей помолчал.

— Тогда хотя бы об этом узнают. Хотя бы кто-то начнёт искать.

Лена смотрела на него без слёз, без истерики. Только бесконечная усталость в глазах.

— Ты понимаешь, что можешь не вернуться?

— Понимаю.

— И всё равно пойдёшь?

— Пойду.

Она кивнула.

— Тогда я еду с вами.

— Лен…

— Мы это уже обсуждали. Не трать время.

Виктор Ермолин приехал через два дня. Невысокий, жилистый мужчина лет пятидесяти с цепким взглядом и седой щетиной. Одет просто: джинсы, куртка, рюкзак. Никакой камеры, никакого оборудования.

— Снимать буду на телефон, — объяснил он, пожимая руку Андрею. — Меньше внимания привлекает.

Профессиональная техника — это флаг: «Я журналист. Смотрите на меня».

Они сели в кафе недалеко от вокзала. Андрей рассказал всё. С самого начала. Подробно. Не упуская деталей. Ермолин слушал молча, иногда делая пометки в блокноте. Когда Андрей закончил, журналист долго молчал.

— «Агро-Карпаты», — сказал он наконец. — Знаю эту контору. Владелец — Геннадий Сурков. Депутат областного совета, крупный бизнесмен, уважаемый человек.

— Вы его знаете?

— Слышал. Пару лет назад были слухи, что он связан с нелегальной добычей ресурсов. Но ничего конкретного, только разговоры. Свидетелей не было, доказательств не было.

— Теперь есть.

— Если мы заберём ваш телефон, будут. Если нет… — Ермолин развёл руками.

— Мы заберём.

Журналист посмотрел на него оценивающе.

— Вы понимаете, что Сурков — это не конечная точка. Депутат областного уровня не может крышевать такой бизнес в одиночку. За ним стоят люди. Серьёзные люди. Возможно, в Киеве.

— Понимаю. И вы всё равно хотите это копать?

— Хочу. — Ермолин усмехнулся. — Люблю таких. Редко встречаются. Ладно. Рассказывайте план.

План был простой, потому что сложные планы в таких ситуациях не работают. Они доедут на машине до конца старой лесовозной дороги.

Это сорок километров. Дальше — пешком. Тридцать километров до места, где Андрей закопал телефон. Забирают и сразу назад. Никаких оврагов, никаких фур, никакого геройства. Только доказательства.

— А если нас засекут? — спросил Ермолин.

— Тогда бежим. Я знаю местность. Был там дважды. Есть места, где можно спрятаться.

— А ваш друг? Баранов?

Андрей помолчал.

— Если будет возможность, попробуем узнать, что с ним. Но главная цель — телефон. Без него всё остальное бессмысленно.

Ермолин кивнул.

— Когда выходим?

— Завтра на рассвете.

Ночью Андрей не спал. Лежал в темноте, слушая дыхание Лены рядом. Она тоже не спала. Он чувствовал.

— Страшно? — спросила она тихо.

— Да. Мне тоже.

Он повернулся к ней, обнял.