Жена отошла поговорить по телефону в холле отеля. Сюрприз от старого портье, заставивший меня забыть о ключах
Ее голос дрожал слегка, но в нем была стальная решимость. Судья взяла предоставленные ею документы и просмотрела их. «Суммы здесь незначительные: около ста пятидесяти тысяч за весь этот период».
«Это не может никак считаться существенным вкладом в имущество стоимостью в восемь миллионов». Ковалев ловко попробовал другой подход: «Тогда обратимся к вопросу о разделе дачи и банковского депозита. Ответчик требует свою законную половину — полтора миллиона от стоимости дачи и миллион от депозита».
«Итого получается два с половиной миллиона». Сергей встал снова. «Истец не оспаривает право ответчика на долю в совместно нажитом имуществе, но просит суд обязательно учесть следующие обстоятельства».
«Первое: ответчик систематически расходовал общие семейные средства на внебрачную связь. Отели, дорогие рестораны, подарки — за четыре года было потрачено около трехсот пятидесяти тысяч. Второе: ответчик намеренно скрывал доходы, открыв отдельный счет без ведома истца».
«На этом счете скопилось восемьдесят три тысячи, полученные от третьего лица, и это грубое нарушение принципа добросовестности. Третье: ответчик заранее планировал развод с целью максимизации своей выгоды, консультировался с юристом, готовил документы. Все это свидетельствует о крайне недобросовестном поведении, которое должно быть учтено при разделе».
Судья утвердительно кивнула: «Доказательства расходов на внебрачную связь у вас есть?» «Да, ваша честь». Сергей немедленно передал выписки из банка, квитанции из отеля, задокументированные показания администратора.
«Доказательства существования скрытого счета?» «Да». Он передал распечатки банковских операций, переводы от Дмитрия Волкова на тайный счет Елены.
Судья просмотрела все очень внимательно, потом строго посмотрела на Елену. «Ответчик, вы подтверждаете наличие этого отдельного счета?» Елена немного поколебалась, потом кивнула: «Да».
«Но эти деньги были подарком, глубоко личным, они не относятся к нашему семейному бюджету». «Подарки, полученные в браке, являются личной собственностью, только если это указано дарителем явно, — сказала судья. — Были ли оформлены эти переводы как дарения с соответствующими нотариальными документами?» «Нет», — тихо ответила Елена.
«Тогда, согласно закону, эти средства считаются доходом, полученным в период брака, и подлежат включению в общую массу для раздела». Ковалев попытался горячо протестовать, но судья жестко остановила его жестом: «Адвокат, закон однозначен. Продолжим».
Следующий час заседания прошел в бурном обсуждении деталей. Стоимость дачи, независимая оценка, рыночная цена, возможность раздела имущества в натуре. Депозит: сколько было на момент подачи иска, сколько осталось сейчас, куда ушел тот миллион, который я перевел на отдельный счет.
Сергей исчерпывающе объяснил: «Истец перевел половину своих личных накоплений на защищенный счет после обнаружения измены, чтобы предотвратить возможное расходование средств ответчиком. Это его законное право на защиту своего имущества». Судья полностью согласилась: «Перевод был сделан до подачи иска, но уже после обнаружения обстоятельств, ставящих под обоснованное сомнение добросовестность ответчика».
«Это действие не считается незаконным сокрытием активов». Ковалев менял свою тактику несколько раз, пытаясь выставить Елену как несчастную жертву эмоционального насилия. Он утверждал, что я был ужасно холодным мужем, что она просто искала тепла на стороне.
Но судья каждый раз безжалостно возвращала разговор к голым фактам. Наконец она объявила перерыв, и мы вышли в душный коридор. Сергей был очень доволен: «Дело идет хорошо, судья на нашей стороне, а факты говорят сами за себя».
Я кивнул, устало смотрел в окно на серое столичное небо. Через несколько метров стояла Елена со своим Ковалевым. Они о чем-то жарко спорили: он качал головой, она активно жестикулировала.
Потом она посмотрела в мою сторону. Наши глаза встретились: на ее лице была дикая смесь гнева, отчаяния и чего-то еще. Какого-то сожаления, дикого страха.
Я просто отвернулся: мне не нужны были ее эмоции. Мне нужно было только решение суда. Заседание возобновилось.
Судья огласила свое определение. «Суд считает полностью доказанным факт измены ответчика. Суд также считает установленным факт недобросовестного поведения ответчика: намеренное расходование общих средств на внебрачную связь и сокрытие доходов»…
