Иллюзия «божьего одуванчика»: почему попытка помочь брошенной пенсионерке обернулась для нашей семьи паникой
Я подробно и обстоятельно сообщила мужчине о том, что его старенькая мать утеряла номер телефона и никак не может связаться с ним. Рассказала без утайки, что пишу эти тревожные строки прямо из палаты обычной городской больницы. Добавила, что именно в этом медицинском учреждении сейчас и находится его серьезно заболевшая мама.
Ответ от этого невероятно занятого столичного человека пришёл на наше общее удивление практически моментально. Сокол сухо, коротко и без лишних эмоций писал: «Передавайте маме большой привет от меня. И пожелайте от моего имени ей скорейшего и полного выздоровления».
«И это всё, что он хотел сказать в такой ситуации?» – вслух возмутилась я, перечитывая эти бездушные черствые строчки. Он больше ничего не ответил и трусливо, словно нашкодивший школьник, вышел из сети. Я сидела на своей жесткой больничной койке, словно громом поражённая этой непостижимой сыновней черствостью.
Мы с Леной потратили на эти сложные поиски гораздо больше своего времени и душевных сил на этого совершенно чужого человека. А он потратил на свою родную, вырастившую его мать всего пару секунд на банальную отписку. «Не отвечает пока ваш сын, Нина Петровна, наверное, на работе сейчас слишком сильно занят», – поспешила благородно солгать я.
Я быстро и резко захлопнула крышку ноутбука, чтобы старушка не успела прочитать то самое холодное и равнодушное сообщение. Когда я позже по телефону подробно рассказала обо всём этом неприятном инциденте своему мужу Грише, он долго и горячо возмущался. А потом он внезапно замолчал на полуслове, видимо, с головой погрузившись в свои собственные тяжелые воспоминания.
В прошлом году мы с ним похоронили мою замечательную свекровь, прекрасную и бесконечно добрую женщину. Мой Гриша до сих пор очень болезненно и остро переживал эту невосполнимую потерю любимой мамы. «Давай я сам, по-мужски, с ним свяжусь, поговорю и всё окончательно выясню», – наконец хмуро предложил муж.
«Ты серьезно считаешь, что этот тяжелый разговор хоть что-то кардинально изменит в голове такого закоренелого эгоиста?» — с огромным сомнением спросила я. «Ты, наверное, права, такой бессердечный сынок ненароком может причинить больной женщине ещё большую душевную боль». «Зачем я только вообще предложила его искать, дала бедной и одинокой женщине такую пустую надежду», – искренне сокрушалась я.
Остаток этого долгого дня прошел в тягостных раздумьях и тихих, полных тоски вздохах со стороны угла Нины Петровны. А поздно вечером мне на телефон внезапно пришло длинное сообщение от моего собственного мужа. Гриша писал: «Добрый день, уважаемая и добрая Мария.
Огромное вам человеческое спасибо за то, что вы нашли свое личное время и связались со мной. Прошу вас, передайте моей любимой маме, что я её очень сильно и трепетно люблю. Скажите ей, что я всем своим сердцем надеюсь, что она совсем скоро окончательно поправится».
Дальше в этом удивительном сообщении следовала весьма убедительная и складно придуманная моим мужем история. «Я работаю сейчас в строго засекреченных спецслужбах и пока совершенно не могу напрямую связаться с ней по телефону. Но как только мои сложные служебные дела позволят, я обязательно приеду лично навестить её».
«Я обязательно привезу ей в подарок новый, самый лучший и современный мобильный телефон. Такой прочный и надежный аппарат, который никогда больше не сломается и не потеряет важные контакты». Под этим невероятно трогательным текстом стояла уверенная и четкая подпись: «Алексей Соколов».
Прочитав это спасительное послание, я с огромным облегчением и безмерной благодарностью улыбнулась догадливости своего любимого мужа. «Нина Петровна, скорее смотрите сюда, ваш Алёша наконец-то нам большое письмо написал!» — радостно и звонко воскликнула я. «Правда написала моя кровиночка?» – старушка мгновенно подскочила на своей скрипучей кровати, разом забыв про все свои старческие недуги….
