История о том, почему никогда нельзя хамить тем, кто выглядит слабее на трассе
«Интересные, очень интересные документы вы возите с собой по ночам, мальчики, особенно те, что касаются крупных строительных подрядов», — задумчиво протянул он, с хлопком закрывая папку. Парни на земле побледнели так сильно, что их искаженные ужасом лица в ярком свете фар стали похожи на безжизненные, восковые маски. Они мгновенно поняли, что этот страшный человек только что нашел ту самую ахиллесову пяту, которая могла безвозвратно разрушить всю сытую жизнь их влиятельных семей.
Александр брезгливо отдернул край своего пальто, словно от прикосновения к прокаженным, и сделал шаг назад, с нескрываемым отвращением глядя на рыдающих юнцов. «Мне совершенно не нужны ваши грязные, отцовские деньги и ваши пустые, ничего не стоящие клятвы», — произнес он, неспешно доставая из внутреннего кармана тонкий смартфон. «Вы хотели поиграть во взрослые, жестокие игры, хотели показать свою силу и власть, так получайте именно то, что заслужили», — добавил он, набирая номер.
Он медленно приложил мерцающий телефон к уху, не сводя пронзительного, тяжелого взгляда с парней, которые окончательно замерли в ожидании своего неотвратимого приговора. Тишина на обочине стала поистине оглушающей, прерываемой лишь тихим шелестом осеннего ветра и редким, прерывистым дыханием насмерть перепуганных, сломленных молодых людей. «Алло, Виктор, пробей номера машины, что я тебе сейчас скину, и немедленно готовь все имеющиеся у нас материалы по их семейному бизнесу», — ровным, лишенным эмоций тоном произнес Александр в трубку.
Слова Александра прозвучали в ночной тишине как оглушительный удар судейского молотка, выносящего окончательный, не подлежащий обжалованию смертный приговор. Высокий блондин, чье холеное лицо теперь напоминало бледную, обескровленную восковую маску, затрясся крупной дрожью, осознавая весь масштаб надвигающейся катастрофы. Он прекрасно понимал, что один-единственный звонок этого невероятно властного человека способен за считанные часы стереть в порошок многомиллионную империю его влиятельного отца.
Темноволосый напарник судорожно попытался отползти назад, истерично царапая грязный мокрый асфальт дорогими ухоженными пальцами, словно затравленный дикий зверь в капкане. Его былая показная дерзость испарилась окончательно, оставив после себя лишь первобытный, парализующий страх перед неотвратимым и жестоким возмездием. Массивные телохранители Александра, не проронив ни единого звука, молча преградили ему путь плотной стеной, лишая последней призрачной надежды на спасение.
Иван Полищук, все еще плотно кутаясь в теплый шерстяной плед, смотрел на происходящее с глубоким, искренним изумлением и замиранием больного сердца. Всю свою долгую, полную лишений жизнь он был абсолютно уверен, что такие наглые, всесильные хозяева жизни всегда уходят от заслуженного наказания. Но сейчас перед его выцветшими от времени глазами разворачивалась невероятная картина полного, сокрушительного краха тех, кто привык безнаказанно ломать чужие судьбы.
Александр неспешно спрятал мерцающий смартфон во внутренний карман дорогого пальто и снова перевел тяжелый, ледяной взгляд на рыдающих в грязной луже юнцов. В его напряженной позе не было ни капли сочувствия, лишь брезгливое презрение человека, вынужденного своими руками очищать этот мир от зловонной грязи. «Вы привыкли решать все свои проблемы телефонными звонками богатым папикам, но сегодня ваши могущественные покровители сами будут умолять меня о пощаде», — произнес он холодно.
Блондин внезапно сорвался на истошный, захлебывающийся крик, умоляя дать ему крошечную возможность позвонить семье и все уладить мирным, бескровным путем. Он судорожно тянул трясущиеся руки к спасителю старика, обещая любые астрономические суммы, элитные квартиры и спортивные машины в обмен на простую пощаду. Однако суровый мужчина лишь отрицательно покачал головой, всем своим видом давая понять, что безжалостный механизм разрушения уже запущен и обратного пути нет.
Один из крепких телохранителей, поймав едва заметный, быстрый кивок своего босса, подошел к элитному внедорожнику и ловко вытащил ключи из замка зажигания. Он невозмутимо нажал маленькую кнопку блокировки дверей, а затем широко размахнулся и зашвырнул тяжелую связку далеко в густые, непроглядные заросли осенней лесопосадки. Темноволосый парень издал сдавленный, полный безысходного отчаяния всхлип, окончательно осознав, что они оказались в абсолютной, безвыходной ловушке посреди пустой ночной трассы.
«Теперь вы пешком пойдете в город, шаг за шагом, чтобы на своей шкуре прочувствовать всю ту леденящую беспомощность, которую вы так щедро дарили другим людям», — жестко констатировал Александр. «А ваш драгоценный пафосный джип вместе со всеми компрометирующими документами дождется здесь жесткую налоговую проверку, которая уже мчится сюда по моему личному распоряжению». Эти суровые слова стали последним, ржавым гвоздем в крышку гроба их беззаботной, пропитанной шальными деньгами и абсолютной вседозволенностью красивой жизни…
