Как два бокала шампанского навсегда изменили мою семейную жизнь
— тихо спросила испуганная Ольга. Врач задумчиво и неопределенно пожал плечами. «Вполне возможно, или же что-то другое несвежее съели накануне».
«Саму бутылку от напитка вы сохранили?» «Мы вчера вечером только сыр и легкий салат ели. Остатки еды и само шампанское до сих пор стоят в холодильнике».
Они быстро собрали остатки еды, злополучную бутылку шампанского и бокалы в один плотный пакет. Ослабевшего и вялого Алексея осторожно уложили на медицинские носилки. Когда его выносили из квартиры, он с трудом повернул голову и посмотрел на Ольгу долгим, умоляющим взглядом.
«Только не оставляй меня!» — прошептал он пересохшими губами. «Я поеду с вами», — быстро ответила она, на ходу хватая сумку и ключи от квартиры. В просторной машине скорой помощи она неотлучно сидела рядом, крепко держа его за руку.
Алексей то терял сознание, то снова приходил в себя на короткое время. Один раз он вдруг очень сильно сжал ее пальцы и сказал совершенно ясным голосом. «Оль, если вдруг со мной что-то случится, знай: я тебя очень люблю! Правда!»
Слезы наконец-то прорвались наружу мощным потоком. Она плакала тихо, чтобы не видели занятые медики, поспешно вытирая мокрые щеки рукавом куртки. Те самые горькие слезы, о которых предупреждала гадалка, были уже здесь.
В больнице все завертелось невероятно быстро и суетливо. Алексея сразу же увезли в закрытое отделение на детальное обследование. Ольгу временно оставили в пустом коридоре заполнять необходимые бюрократические документы.
Она сидела на жестком пластиковом стуле, отрешенно глядя в казенный пол. Девушка всеми силами пыталась хоть немного собраться с мыслями. Врач-токсиколог, пожилой мужчина с очень усталыми глазами, вышел к ней только через два долгих часа.
«Предварительно диагностируем сильное отравление неизвестным химическим веществом. Анализы уже отправлены в лабораторию, точные результаты будут готовы завтра или послезавтра. Сейчас ему тщательно промывают желудок, дают мощные сорбенты и поддерживающую терапию».
«Его общее состояние оценивается как тяжелое, но стабильное. Ждем положительной динамики». «Он точно выживет?» — с надеждой спросила Ольга, и ее голос предательски дрогнул.
«Шансы весьма хорошие, если это не что-то слишком экзотическое и редкое. Но сам яд был принят в очень приличной дозе. Если бы он выпил немного больше или если бы его организм был слабее, все могло закончиться куда трагичнее».
«Если бы я не поменяла бокалы, — с ужасом подумала Ольга, — то сейчас в этой реанимации лежала бы я. Или уже вообще не лежала нигде». Она медленно вышла на крыльцо клиники, чтобы подышать свежим воздухом.
Промозглый осенний ветер неприятно и резко холодил лицо. Телефон в глубоком кармане ее куртки резко завибрировал. Это звонила взволнованная мама Алексея.
Ольга ответила, изо всех сил стараясь говорить спокойно и размеренно. Она коротко сказала, что муж внезапно оказался в больнице. Пояснила, что это сильное отравление, но пока абсолютно неизвестно чем именно.
Свекровь громко ахнула в трубку, начала эмоционально причитать и пообещала очень скоро приехать. Ольга стояла у входа в приемный покой и напряженно думала. Нужно было срочно решить, как ей действовать дальше.
Рассказать ли лечащим врачам про то, что она тайно поменяла бокалы?
