Муж встретил меня из роддома с пакетами мусора. Сюрприз, который ждал его и свекровь за праздничным столом
Женщина неторопливо подошла к захламленному столу и с отвращением отодвинула посуду на край. «У нас непогашенный кредит за жилье, Виталик, а очередной обязательный платеж спишется уже пятнадцатого числа. Я не собираюсь из своего кармана оплачивать комфортное проживание твоей мамы.
Завтра же я подаю иск на раздел имущества и взыскание с тебя половины всех платежей за последние три года». «А пока суд да дело, я на правах полноправного собственника официально сдаю свою половину жилплощади в аренду», — подытожила Полина. «Это кому еще ты собралась ее сдавать?» — моментально побледнел протрезвевший муж.
«Да вот хотя бы ему», — кивнула она на улыбающегося слесаря, который с явным удовольствием паковал свой инструмент. «У них огромная строительная бригада, и работягам из переполненного общежития нужно где-то дешево ночевать. Вот и будут жить в этой прекрасной просторной комнате человек по пять за раз».
Понятливый мастер громко хмыкнул, артистично подыгрывая своей находчивой нанимательнице. «Ну а что, мы ребята тихие, особо не шумим. Только со стройки поздно приходим, а так соседи мы золотые», — добавил он басом.
Лицо перепуганной Тамары Львовны мгновенно покрылось неровными красными пятнами. «Ты все это нагло врешь и блефуешь!» — сорвалась на визг свекровь. «Никогда ты этого не сделаешь, ведь в квартире прописан грудной ребенок!»
«Ребенок будет жить со мной в нормальных условиях, а здесь теперь организован настоящий свинарник», — Полина брезгливо обвела рукой грязную гостиную. «Уважаемый Виктор Андреевич, зафиксируйте, пожалуйста, в протоколе полную антисанитарию. Этот документ очень пригодится мне для будущего суда по определению места жительства малолетнего ребенка.
Я добьюсь, чтобы нерадивому папаше разрешали встречи с сыном исключительно в строгом присутствии органов опеки». Услышав такие перспективы, Виталий в полном отчаянии рухнул грудью на заваленный объедками стол. Он наконец-то осознал весь масштаб надвигающейся на него катастрофы.
Полина не закатывала типичных женских истерик и не била от злости фамильную посуду. Она методично и безжалостно била неоспоримыми фактами и финансовыми угрозами. Девушка использовала именно то оружие, которого у ленивого мужа и его властной матери отродясь не водилось.
«Давайте, собирайте свои вещи, Тамара Львовна», — смертельно усталым голосом скомандовала законная хозяйка. «Даю вам ровно десять минут на сборы, иначе я прямо сейчас пишу официальное заявление о краже. У меня таинственным образом пропали дорогие золотые серьги из шкатулки.
И, по странному совпадению, я видела точно такие же на ваших ушах буквально на прошлой неделе». Свекровь картинно схватилась за сердце, пытаясь изобразить внезапный приступ стенокардии. «Бессердечная, ты же меня так в могилу загонишь!» — запричитала она, закатывая глаза.
«Вам бригаду скорой помощи сейчас вызвать?» — участливо и с легкой иронией поинтересовался лейтенант Синицын. «Если нужно, можем сразу организовать специализированную помощь», — предложил полицейский. Эта угроза подействовала на симулянтку лучше ушата ледяной воды….
