Она решила устроить себе маленький праздник, однако появление гостя заставило её забыть обо всём
Он бродил по незнакомым улицам, пытался найти хотя бы временную работу и думал прежде всего о том, где поесть и провести ночь. Большой город жил своим ритмом, равнодушный к человеку, который не мог объяснить даже самому себе, откуда пришёл. Единственным доказательством прежней жизни оставался шрам возле глаза да натренированное тело, сохранившее следы армейской подготовки.
Случайные отражения в витринах каждый раз удивляли его. Он видел молодого мужчину, лицо которого должно было быть знакомым, но воспринимал его почти как постороннего. Иногда казалось, что память вот-вот вернётся от запаха еды, звука шагов или чьей-то интонации. Однако мгновение проходило, и внутри снова оставалось безмолвие. Так тянулись дни, похожие один на другой.
Однажды вечером его заметила на центральной улице незнакомая женщина. Крепкий, привлекательный молодой мужчина с усталым взглядом сразу привлёк её внимание. Она разговорилась с ним, поняла, насколько бедственно его положение, и помогла устроиться в фирму под вывеской «Муж на час».
Сначала речь шла об обычной работе: починить кран, прикрепить полку, заменить сломанную деталь. Вскоре выяснилось, что часть клиенток ждёт от работников не только бытовой помощи. Фирма предлагала одиноким женщинам услуги личного характера, обещая вместе с домашними неполадками ненадолго избавить их и от душевной пустоты.
Память по-прежнему не возвращалась. Он знал лишь, что участвовал в войне, и эта недосказанность придавала его облику особую таинственность. В фирме за ним закрепилось имя Максим, а клиентки за уверенность, внешность и умение нравиться стали шутливо называть его Максимом Великим. Шрам не портил лицо; напротив, в глазах многих женщин делал его ещё мужественнее.
Новое имя сначала звучало непривычно, но вскоре стало единственным, на которое он откликался. Максим не задавал вопросов, если женщины предпочитали видеть в нём загадочного героя, и не разрушал придуманный ими образ. Чем меньше он говорил о себе, тем больше они домысливали. Эта чужая уверенность постепенно передавалась ему самому, помогая скрывать растерянность человека без биографии.
Максим быстро оказался самым востребованным сотрудником. Клиентки передавали его номер знакомым и с восхищением обсуждали темперамент мужчины, сравнивая его неутомимость с мощным рабочим инструментом. Его приглашали в ночные заведения, загородные дома и на курорты, щедро оплачивая встречи. Для человека, который недавно не знал, где раздобыть ужин, эта жизнь выглядела почти неправдоподобно.
Стыда за свою работу он не испытывал. Прошлого, способного осудить его, в памяти не существовало, а о далёком будущем Максим старался не размышлять. Он жил от заказа к заказу и постепенно привык к тому, что внимание, близость и деньги стали частью одной услуги. В тяжёлые времена спрос только возрастал: семейные трудности и одиночество приводили в фирму всё больше женщин.
За деньги ему удалось получить документы на имя Максима Коваля, хотя путь этот был сомнительным. После этого накопленных доходов хватило, чтобы купить квартиру в большом городе. Новая фамилия окончательно отделила его от неизвестного человека, которым он когда-то был. Казалось, теперь прошлое не сможет потребовать ответа.
И всё же по ночам сквозь сон иногда проступал женский голос: «Что бы сказала мама?» Максим резко просыпался, хватаясь ладонью за раненый глаз. Он не видел лица этой женщины и не понимал, почему вопрос отзывается такой тоской. Лишь под утро усталость снова брала своё, а днём поток работы заглушал непонятную боль…
