Они бросили девочку, которую считали безнадёжной, но спустя пять лет её возвращение изменило всё
Не тела, но души. Когда волк попадает в капкан, он готов отгрызть себе лапу. Но что делать, если в капкане его волчонок? Пригород, небольшой поселок.
Пять утра. Черный «Мерседес» Павла Мироненко летел по разбитой проселочной дороге, проваливаясь колесами в глубокие выбоины. Подвеска стонала, но Князю было плевать.
Он вцепился в руль побелевшими пальцами, а в голове билась только одна мысль. Успеть. Дачный поселок, куда привели координаты, казался вымершим.
Покосившиеся заборы, заколоченные окна, лай собак вдалеке. Мертвая зона. Идеальное место, чтобы спрятать человека или похоронить его навсегда.
Павел увидел нужный дом. Старый, почерневший от времени двухэтажный сруб, на отшибе у самого леса. Вокруг ни души.
Машины, на которой увезли Кирилла, не было видно. Видимо, ее спрятали в гараже или отогнали в лес. Князь вылетел из машины, даже не заглушив мотор.
В руке был тяжелый автоматический пистолет. Сейчас в Князе клокотала ярость берсерка.
Он был готов убить любого, кто встанет между ним и сыном. Он снес ударом ноги ветхую калитку, подбежал к двери. Она была не заперта.
Князь ворвался внутрь. — Где ты, тварь? — заорал он, водя стволом из стороны в сторону. — Выходи! Я здесь! — В доме было пусто и темно.
Пахло пылью, старым деревом и лекарствами. Резкий, специфический больничный запах хлорки и спирта, который здесь, в этой глуши, казался чужеродным и пугающим. Этот запах ударил Павлу в нос, вызвав приступ тошноты.
В полумраке коридора он увидел лестницу, ведущую в подвал. Оттуда, снизу, сквозь щели пробивался яркий, неестественно белый свет и доносился тихий, ритмичный писк медицинского прибора. Князь бросился к лестнице.
Он сбежал по крутым ступеням, готовый стрелять на поражение в любую тень, и замер на последней ступеньке. Подвал был превращен в операционную. Стены и пол были затянуты плотной прозрачной полиэтиленовой пленкой.
Посреди комнаты стоял массивный деревянный стол, накрытый стерильной голубой простыней. Над ним висела мощная, бестеневая лампа, запитанная от автомобильных аккумуляторов в углу. Она заливала пространство мертвенным белым светом.
На столе лежал Кирилл. Он был раздет до пояса. Руки и ноги были зафиксированы широкими кожаными ремнями.
Голова запрокинута, в рот вставлен загубник. Грудная клетка поднималась и опускалась в медленном ритме. К его руке была подключена капельница.
— Кирилл! — выдохнул Князь. Он сделал шаг вперед, опуская пистолет, чтобы броситься к сыну.
— Стой! — раздался голос из тени.
Князь резко развернулся всем корпусом, вскидывая оружие. Из темного угла вышла Оксана. На ней был синий хирургический костюм, шапочка и стерильные перчатки.
Лицо закрывала плотная маска. Видны были только глаза за стеклами очков — спокойные, внимательные. Холодные глаза врача, приступающего к рутинной работе.
В правой руке она держала скальпель. Лезвие хищно сверкнуло в луче лампы. — Отойди от него! — зарычал Князь.
Он целился ей прямо в переносицу. Расстояние — пять метров. Он не промахнется.
— Брось нож! Брось, или я разнесу тебе голову! — Оксана не испугалась. Не вздрогнула. Не сделала ни шага назад.
Спокойно, плавно, не сводя глаз с черного зрачка пистолета, она подошла к столу вплотную и приложила острейшее лезвие скальпеля к шее Кирилла. Прямо над сонной артерией. Там, где под тонкой кожей пульсировала жизнь…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
