Почему триумфальный приезд закончился скандалом на всю улицу

Вот.

Подписан с моей стороны. Ваши паспортные данные вписала. Бригадир размашисто расписался. Наступил ключевой момент.

Диана положила на стол связку новых ключей. Сергей Михалыч. Она посмотрела ему прямо в глаза. Есть один нюанс.

Я вас предупреждала через риелтора. Насчет бывшего мужа, который права качает. Михалыч нахмурился, сдвинув кустистые брови. Так мы проблем не хотим.

Если он тут прописан или собственник. Не прописан. Не собственник. Прав ноль.

Четко отчеканила Диана. Но он считает иначе. Он думает, что здесь живет. И сегодня вечером он попытается сюда войти.

Не один. С группой поддержки. Трое медведей за спиной бригадира переглянулись. Один хрустнул костяшками пальцев.

И что нам с ним делать? Спросил Михалыч. Полицию звать? Это на ваше усмотрение.

Диана пожала плечами. По закону вы арендаторы. У вас договор. Ваше жилище неприкосновенно.

Если к вам ломится посторонний мужик и скандалит, вы имеете право защищать свой покой. Я лишь прошу, не пускайте его внутрь. Ни под каким предлогом. Вещи его вот за дверью стоят.

Если будет спрашивать, отдайте мешки. И передайте, что аренда закрыта. Михалыч медленно расплылся в улыбке. Это была улыбка крокодила, которому предложили деликатес.

Хозяйка, я правильно понял? Нам нужно просто объяснить гражданину, что он ошибся адресом? Доходчиво? Предельно доходчиво.

Но без уголовщины? Уточнила Диана. Синяки? Можно.

Переломы? Нежелательно. Психологическая травма? Приветствуется.

Это мы умеем. Басом отозвался самый крупный из рабочих, до этого молчавший. У нас Вася вон стихи писать умеет. Матерные.

Очень доходчиво. Вот и славно. Диана взяла сумку с деньгами своими и Виталика. Квартира ваша.

Располагайтесь. В холодильнике пусто, но доставка работает. Она пошла к выходу. У порога остановилась.

Ах да. Если будет кричать женщина, это его мама. Ее не трогать. Она сама кого хочешь загрызет.

Просто игнорируйте. Это бесит ее больше всего. Принято. Михалыч взял ключи.

Хорошего отдыха, Диана Викторовна. Не переживайте за хату. С нами надежнее, чем в Нацбанке. Диана вышла из квартиры.

Дверь за ней захлопнулась с тяжелым солидным щелчком. Новые замки сработали идеально. Она спустилась по лестнице, перешагивая через ступеньку. Легкость, которую она ощущала, была пьянящей.

На улице уже сгущались сумерки. Киев зажигал огни, превращая серую слякоть в неоновые отражения. Диана достала телефон, открыла приложение такси. Бизнес-класс.

Куда? СПА Отель в Конча-Заспе. 30 километров от Киева. Стоимость поездки — 1 500 гривен.

Смешные деньги. Она села в подъехавший черный «Мерседес», пахнущий дорогой кожей. Радио «Джаз», пожалуйста, попросила она водителя. Конечно.

Машина плавно тронулась. Диана откинула голову на подголовник и закрыла глаза. Сейчас, в эти минуты, поезд «Полтава-Киев» подходил к перрону. Сейчас Ираида Степановна поправляла прическу, Галя и Валя красили губы, готовясь покорять столицу.

Сейчас Виталик, нервно поглядывая на часы, бежал покупать цветы. На деньги Санька, видимо, чтобы встретить мамочку. Она представила эту картину, представила, как они грузятся в такси, как мечтают о горячем душе и мягкой кровати, как Виталик предвкушает роль хозяина жизни.

«Бегите, мышки, бегите!» — подумала Диана, глядя на проплывающие огни Днепровской набережной. Мышеловка уже заряжена, и сыр в ней самый лучший, криворожский. Она открыла онлайн-банк, выбрала карту мужа, ту самую, дубликат.

Заблокировать карту. Причина блокировки — утеря. Подтвердить? Да, теперь он остался без связи, без денег и без дома.

Игра перешла в эндшпиль, и Диана собиралась насладиться каждым ходом. Может, погромче? Спросил водитель, видя ее улыбку. Нет, ответила она.

Я хочу послушать тишину, перед бурей.

Четырехконфорочная индукционная плита, которую Диана протирала специальным лосьоном по вторникам и пятницам, впервые в своей жизни познала настоящее грубое насилие. На ней шкворчала огромная, видавшая виды чугунная сковорода, привезенная Михалычем в спортивной сумке. В сковороде, утопая в масле, золотилась картошка, нарезанная крупными неровными ломтями вперемешку с салом и луком.

Запахи в квартире изменились мгновенно. Тонкий аромат диффузора лемонграсс и ваниль был безжалостно задушен тяжелым, плотным духом жареного, мужского одеколона и табачного дыма, который вопреки запретам, но согласно законам физики, тянулся с лоджии. Михалыч сидел за изящным белым столом, подстелив под локти газету, чтобы, не дай Бог, не оставить жирных пятен.

Напротив него ужинали медведи — Саня, Димон и безмолвный гигант по кличке Танк. Они ели молча, быстро и сосредоточенно, как люди, привыкшие, что обеденный перерыв может закончиться внезапным авралом. Хоромы, конечно, пробасил Танк, вытирая губы куском хлеба, но хлипкое все.

Стул подо мной скрипит, боюсь чихнуть. Стены сложатся. Не сложатся. Михалыч аккуратно сгреб крошки в ладонь.

Ремонт качественный. Хозяйка баба строгая, но толковая. Сказала, мужа не пускать, значит, держим оборону. Уговор дороже денег.

А если он с полицией? Спросил Димон, самый молодой, с армейской татуировкой на ребре ладони. С какой полицией? Усмехнулся Михалыч, разливая по кружкам крепкий чай.

Договор аренды видели? Печать стоит. Подписи есть. Мы тут на законных основаниях.

А муж этот, бывший-небывший, хрен их разберет. Но прописки у него нет. Хозяйка предупредила. Так что, мужики, если кто будет в дверь ломиться, вежливость включаем.

Но по ситуации… За окном сгущалась киевская тьма, подсвеченная желтыми фонарями двора. Квартира, еще утром бывшая уютным гнездом, превратилась в бастион.

В прихожей, за новой стальной дверью, стояли в ряд четыре пары стоптанных рабочих ботинок сорок пятого размера. Они выглядели как стражи, готовые растоптать любого, кто посягнет на покой уставших вахтовиков. В тридцати километрах от этого гастрономического празднества черный «Мерседес» плавно затормозил у парадного входа отеля.

Швейцар в ливрее тут же распахнул дверь, и Диана ступила на брусчатку. Воздух здесь был другим. Он пах хвоей, деньгами и спокойствием. Она не чувствовала себя беглянкой.

Наоборот, впервые за два года она чувствовала себя человеком, который вернулся домой, к себе настоящей. Не к той Диане, которая считает гривны в «АТБ», выбирая сыр по акции, а к той, которая может позволить себе выдохнуть. На ресепшене ее встретили как родную.

Добрый вечер, Диана Викторовна. Ваш люкс готов. Массаж забронирован на 9 утра. Шампанское в номер?

Да. Кивнула она. И лед. Много льда.

В номере было прохладно. Огромная кровать «Кингсайз» манила белизной простыней. Диана бросила сумку на кресло, подошла к панорамному окну. Где-то там, далеко, в смоге и пробках остался Виталик.

Осталась ипотечная квартира, свекровь, проблемы, отчеты. Она достала телефон. Уведомлений не было. Странно.

Виталик должен был уже добраться до вокзала. Обычно он начинал строчить сообщение каждые пять минут. «Ты где?