После случившегося на выпускном мать девушки заставила всех иначе посмотреть на эту историю

— Да, — твёрдо ответила потерпевшая. — Все.

На этот раз дело было крепким. Медицинские заключения, следы, показания, свидетели, обстоятельства — всё складывалось в тяжёлую, но ясную картину. Вывернуться было почти невозможно.

После перерыва Алина вернулась в зал спокойной. Слишком спокойной.

Она взяла лист, посмотрела на обвиняемых и начала читать приговор. Голос её звучал ровно, но каждое слово падало тяжело.

Арсений Волков, Данил Корнев, Глеб Силин и Матвей Ершов признавались виновными по соответствующему обвинению и приговаривались к шести годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительном учреждении.

Алина сделала паузу, перевела дыхание и завершила формальную часть.

Потом подняла глаза.

Четверо мужчин, когда-то вообразивших себя хозяевами чужой боли, теперь сидели потухшие, жалкие и раздавленные.

— Приговор понятен? — спросила она.

Они по очереди ответили, что понятен.

Алина позволила себе ещё несколько слов — не для протокола, а для них.

— Сила мужчины не в том, чтобы ломать того, кто слабее. Настоящая сила — в способности защищать, уважать и беречь. Но есть люди, которые не понимают этого ни в юности, ни во взрослой жизни.

После заседания она ехала домой в странном приподнятом состоянии. Будто тяжёлый камень, много лет лежавший на груди, наконец сдвинулся. По дороге она зашла в большой магазин, купила хорошее вино, торт, фрукты, сыр, сладости и ещё много всего вкусного, почти не глядя на цены.

В машине включила музыку громче обычного и едва не проехала на запрещающий сигнал.

— Как не стыдно, госпожа судья, — весело сказала она сама себе и рассмеялась.

Ей казалось, что сегодня она может всё.

Подъехав к дому, она позвонила Егору:

— Спустись, пожалуйста, помоги занести пакеты.

— Уже иду.

Через несколько минут он появился во дворе, открыл багажник и удивлённо посмотрел на покупки.

— У нас праздник?

— Ещё какой.

— И какой же?