Роковое утро: что произошло у дверей кафе, пока Лена слушала совет бездомного и ждала за углом

Он протянул визитку. Лена взяла, спрятала в карман. Потом спросила:

— А что теперь будет с кафе?

— Проведем обыск, изымем доказательства. Если найдем наркотики, владельца арестуем. Кафе закроют до конца следствия.

— А я? Я останусь без работы?

Майор пожал плечами.

— Боюсь, что да. Но вам положена компенсация, вы пострадавшая и свидетель. Государство выплатит деньги. Плюс, если дадите показания против владельца, получите дополнительные выплаты.

Лена кивнула. Работа потеряна, но жизнь сохранена. Это главное. Все остальное потом.

Следующие несколько часов прошли в допросах, оформлении протоколов, показаниях. Лена рассказала все, что знала про Геннадия Марковича, про странных посетителей, про мешки в подсобке. Следователь записывал каждое слово, задавал уточняющие вопросы. Потом майор Кравцов повел ее в кафе: нужно было показать, где именно она нашла мешки. Спустились в подсобку. Саперы уже закончили работу, взрывное устройство обезвредили и увезли на экспертизу. Лена прошла к дальнему углу, показала на поддоны.

— Вот здесь. За этими ящиками.

Полицейские отодвинули поддоны. За ними стояли четыре синих мешка. Один из оперативников надел перчатки, развязал веревку на ближайшем. Внутри был белый порошок, упакованный в прозрачные пакеты. Майор присвистнул.

— Героин. Килограммов двадцать, не меньше. Это серьезная статья.

Он достал телефон, позвонил кому-то, коротко доложил о находке. Потом повернулся к Лене.

— Ваши показания помогут посадить владельца надолго. Спасибо за содействие.

Лену отпустили около трех часов дня. Она шла домой пешком: денег на автобус не было, да и не хотелось. Нужно было подумать. Осмыслить все, что произошло. Ее хотели убить. Просто так, потому что она случайно нашла чужие наркотики. Для Геннадия Марковича она была никем — обычной официанткой, которую легко заменить. Жизнь ее ничего не стоила в его глазах. И если бы не Василий, она бы сейчас лежала в морге. Или в больнице, искалеченная взрывом.

Лена остановилась посреди улицы, прислонилась к стене дома. Руки дрожали. Только сейчас, когда все закончилось, до нее дошел весь ужас ситуации. Слезы побежали по щекам. Она плакала тихо, стараясь не привлекать внимания прохожих. Потом вытерла лицо рукавом куртки, пошла дальше. Дома мама ждала, нужно было рассказать, что случилось. Успокоить. Придумать, как жить дальше.

Мама лежала на кровати, смотрела телевизор. Увидела Лену, попыталась улыбнуться — получилось криво, левая половина лица почти не двигалась.

— Лен… ка… — прошептала она.

Лена села рядом, взяла маму за руку.

— Все хорошо, мамочка. Я дома.

— Ты… плакала?

— Нет, что ты. Просто холодно на улице, глаза слезятся.

Мама посмотрела на нее недоверчиво, но не стала расспрашивать. Лена погладила ее по руке, поднялась, пошла на кухню. Разогрела суп, накормила маму, дала лекарства. Потом села у окна, смотрела во двор.

Где сейчас Василий? Почему исчез? Может, испугался, что полиция найдет его, будет задавать вопросы? Или просто решил, что дело сделано, можно уходить? Лена вспомнила его лицо, когда он предупреждал ее. Серьезное, даже суровое. Глаза ясные, трезвые. Не глаза алкоголика или наркомана. Глаза военного. Да, точно военного. Она вдруг поняла, что Василий не был обычным бездомным. У него была какая-то история, какое-то прошлое. Может, он служил? Воевал? Что-то случилось, и он оказался на улице? Она решила найти его. Обязательно найти. Поблагодарить. Узнать правду. Помочь, если возможно.

Вечером позвонил майор Кравцов.

— Елена, хочу сообщить: мы задержали владельца кафе. Геннадий Беспалов арестован по подозрению в незаконном обороте наркотиков и покушении на убийство. Его сообщников пока ищем, но, думаю, скоро найдем. Спасибо вашим показаниям.

— А что дальше?

— Следствие, суд. Вас вызовут в качестве свидетеля. Готовьтесь. И еще: вам положена компенсация. Обратитесь в прокуратуру, там оформят документы. Сумма будет приличная, не меньше трехсот тысяч. За моральный ущерб и содействие следствию.

Триста тысяч. Лена едва не задохнулась. Это были огромные деньги для нее. На эти деньги можно было купить лекарство маме на полгода вперед, оплатить долги, даже отложить что-то на будущее.

— Спасибо, — выдохнула она.

— Не за что. Вы заслужили.

Лена отключилась, села на диван. Голова кружилась от событий дня. Утром она чуть не погибла. Днем узнала, что ее хотели убить — хладнокровно, как ненужную вещь. Вечером — что получит деньги, которые решат многие проблемы. И все это благодаря Василию, которого она не может найти.

Следующие дни прошли в хлопотах. Лена ходила по инстанциям, оформляла документы на компенсацию, давала дополнительные показания. Следствие шло полным ходом. Геннадия Марковича держали под стражей, его сообщников — двоих мужчин, которые устанавливали взрывное устройство, — тоже поймали и арестовали. Вся преступная группа была раскрыта. Оказалось, они занимались поставками героина в город уже два года, использовали кафе как базу. Товар привозили ночью, прятали в подсобке, потом развозили по точкам сбыта.

Лена узнала, что тот анонимный звонок действительно спас ей жизнь. Эксперты подтвердили: взрывное устройство было настроено на открытие двери. Если бы Лена пришла вовремя, открыла кафе первой, взрыв произошел бы в тот же момент. Мощности хватило бы, чтобы убить человека на месте или покалечить так, что шансов выжить не было бы.

Каждый вечер Лена ходила в тот двор, к заброшенному дому. Проверяла подвал. Но Василия там не было. Его вещи исчезли: матрас, одеяло, пакеты. Словно его никогда и не было. Она расспрашивала местных жителей, видел ли кто старика-бездомного. Один дед сказал, что видел его неделю назад, но потом он пропал. Куда — никто не знал. Лена почти отчаялась.

Но однажды, через две недели после тех событий, она шла мимо автобусной остановки и увидела знакомую фигуру. Высокий, седой, в той же драной куртке. Василий сидел на лавочке, смотрел куда-то вдаль. Лена подбежала, остановилась перед ним. Он поднял голову, увидел ее. На лице мелькнуло удивление, потом улыбка. Теплая, настоящая.

— Девочка… — сказал он тихо.

— Василий Петрович! — Лена чуть не заплакала от облегчения. — Где вы были? Я вас искала. Вы спасли мне жизнь.

Он встал, положил руку ей на плечо.

— Тихо, тихо. Все хорошо. Ты жива, это главное.

— Как вы узнали про бомбу?

Василий вздохнул, оглянулся по сторонам. Потом кивнул на лавочку…