Шах и мат для бывшего: как случайный визит состоятельного гостя решил исход развода

Пульс был учащенный, очень нервный, совсем не похожий на ровный ритм человека без сознания. Ирма с издевкой поставила белые гвоздики на тумбочку у его изголовья. — Хватит уже притворяться. Твоя дешевая актерская игра никуда не годится.

Артем медленно открыл глаза, очень красные, воспаленные, полные животного страха. — Что тебе еще от меня нужно? Максим молча достал из своего портфеля документ с официальной печатью Государственной налоговой службы и положил его прямо на больничное одеяло. — Это уведомление о возбуждении уголовного дела за тяжкое налоговое преступление против «Транссервиса».

— Общая сумма уклонения через фиктивные путевые листы значительно превышает 20 миллионов гривен. Бюро экономической безопасности уже имеет на руках железобетонные доказательства твоего участия в схеме подставных компаний семьи Рысаковых. Это серьезная уголовная статья, грозит до 6 лет лишения свободы. — Это все был не я! — Артем в панике сорвал кислородную маску с лица.

— Это стерва Эльвира мне все приказывала! Я был дураком и только подписывал эти бумаги! — Ты их добровольно подписывал, — Ирма произнесла это совершенно спокойно, без какого-либо злорадства. — Значит, именно ты несешь всю юридическую ответственность.

— Эльвира очень умна, нет ни одного официального документа с ее именем. Все важные подписи, все печати — исключительно от генерального директора Артема Селезнева. Ты — ее идеальный козел отпущения. Максим уверенно сел на самый край больничной кровати.

— Но у тебя еще есть крошечный выход. Если будешь активно сотрудничать, во всем признаешься и предоставишь следствию доказательства против истинного организатора схемы, можешь получить значительное снижение срока. Артем жадно схватился за эту последную возможность спастись. — Я во всем признаюсь, я абсолютно все им расскажу!

— У меня есть тайный блокнот, куда я каждый раз скрупулезно записывал, кто сколько именно получил. Эльвира сама заставляла меня это делать для ее личного контроля. Этот блокнот надежно спрятан в деревенском доме моих родителей. Ирма и Максим многозначительно переглянулись.

Это было именно то, что им было так нужно для победы. Три часа глубокой ночи, пустая проселочная дорога где-то в Киевской области. Их дорогая машина тихо остановилась перед знакомым старым деревенским домом с покосившимся забором. Рядом росли кусты сирени, давно отцветшие в долгом ожидании весны.

Отец Артема, седой Константин Егорович, вышел на ветхое крыльцо с фонариком в руке, слепо щурясь от яркого света автомобильных фар. А за ним робко показалась Светлана Григорьевна. Это была маленькая, сухонькая женщина в накинутом на худые плечи пуховом платке. — Ирмочка! — горестно всплеснула она руками, узнав свою бывшую невестку.

— Доченька, что ты здесь вообще делаешь в такое позднее время? Что-то страшное случилось? На обоях в прихожей, куда они тихо вошли, до сих пор в рамке висела их с Артемом свадебная фотография. Совсем молодые, очень счастливые, они тогда и не подозревали, что ждет их впереди.

Ирма набралась смелости и тихо заговорила, стараясь подбирать слова как можно мягче и деликатнее. — Артем долго занимался незаконной деятельностью, злостно уклонялся от уплаты налогов и отмывал грязные деньги через свою компанию. Полиция сейчас ведет очень серьезное расследование. Ей срочно нужны важные улики из его личных вещей, чтобы помочь ему пойти на сделку со следствием.

Светлана Григорьевна в шоке выронила стакан с водой, который крепко держала в трясущихся руках. Стекло со звоном разлетелось по деревянному полу мелкими осколками. — Доченька, что такое страшное ты говоришь? Мой Артемка — очень хороший мальчик, он просто не мог такого натворить.

— Он сильно изменился за эти годы. Он сбился с правильного пути из-за алчной жадности и связи с дурной женщиной. Константин Егорович молча ушел в дальнюю комнату и вскоре вернулся со старой жестяной коробкой из-под печенья. — Он прислал ее нам на прошлой неделе курьером.

— Сказал, что это крайне важные документы, и строго-настрого велел никому их не отдавать. Внутри коробки лежал потертый черный кожаный блокнот и обычная флешка. Ирма быстро пролистала исписанные страницы: даты, огромные суммы, доли процентов для каждого участника преступной схемы. Все это было расписано очень аккуратным, узнаваемым почерком Артема.

Это была настоящая книга смерти для Эльвиры. Она нежно взяла руку Светланы Григорьевны, очень сухую и морщинистую от тяжелой работы. — Огромное вам спасибо. Я сделаю абсолютно все возможное, чтобы максимально сократить его тюремный срок.

— Что еще случилось, доченька? — старушка проницательно смотрела на нее сквозь горькие слезы. — Я же чувствую, ты что-то важное недоговариваешь. — Мы с Артемом официально развелись.

Тяжелая, давящая тишина мертвым грузом упала на маленькую комнату. Светлана Григорьевна горько зарыдала, в отчаянии закрыв лицо ладонями. А старый Константин Егорович бессильно опустился на стул и сгорбился так, будто из него разом вынули все жизненные силы. Ирма молча положила на стол пухлый конверт с деньгами, свою первую премию в группе SL.

— Примите это, пожалуйста, на хорошие лекарства и по хозяйству. Она быстро вышла, принципиально не оглядываясь. Она точно знала: если обернется и посмотрит на них, то просто не сможет уйти. В салоне машины она бессильно опустила голову на холодный руль, и слезы полились сами собой, неудержимые и очень горькие.

Максим мягко положил руку ей на вздрагивающее плечо и ничего не сказал, просто надежно был рядом. Она долго плакала из-за десяти лет своего разрушенного в прах брака. Из-за двух ни в чем не повинных стариков, которые искренне любили ее как родную дочь. И из-за своей навсегда утраченной светлой наивности.

Когда за тонированным окном начало понемногу светать, она вытерла мокрое лицо салфеткой и завела мощный мотор. — Поехали скорее обратно в город. Нам нужно срочно поговорить с полицией. Эта тварь Эльвира не должна успеть сбежать от правосудия.

В понедельник рано утром центральный офис группы SL был плотно окружен машинами полиции и толпами журналистов с камерами. Найденный блокнот и флешка сразу отправились в Бюро экономической безопасности. Следователь внимательно изучил эти неопровержимые доказательства и моментально получил прокурорскую санкцию на арест. Ирме и Максиму пришлось наблюдать за всем происходящим удаленно через камеры видеонаблюдения.

В роскошном загородном доме Эльвиры царил невероятный хаос. Она всю ночь в панике собирала свои бриллианты, дорогие часы и пачки наличных, готовясь бежать к границе на быстрой машине. Но когда она испуганно посмотрела в камеру домофона, у высоких ворот уже стояли десятки вооруженных сотрудников полиции. Она в ужасе бросилась к задней неприметной калитке, к лесной тропинке.

Там ее в условленном месте должен был ждать подкупленный водитель. Но вместо него ее жестко встретили двое крепких оперативников. — Эльвира Витальевна, куда вы так сильно спешите ранним утром? Она в панике попятилась, случайно уронила свою дорожную сумку.

Деньги веером рассыпались по промерзшей осенней земле вперемешку с дорогими драгоценностями. Она попыталась отчаянно прорваться обратно в дом, но спецназ полиции уже взломал входную дверь. — Я абсолютно невиновна! Это все наглая подстава!

Следователь монотонно зачитал ей ее права и с лязгом надел стальные наручники. Жалкое изображение Эльвиры, растрепанной и закованной в наручники, которую силой вели между рядами щелкающих журналистов. За один час это видео заполонило все региональные и национальные новостные каналы….