Вернулась на дачу и не узнала свой дом: как отплатил постоялец с темным прошлым

— Белкин заставил меня солгать. Угрожал, что моя жена останется без лекарств. Я испугался. Крылов не виноват. Прости меня, сынок.

В зале воцарилась тишина. Только слышалось тихое дыхание и скрип стульев.

Степанов продолжал методично, раскладывая карты:

— Банковские выписки показывают, что операции проводились с IP-адресов, к которым Крылов не имел доступа. Он в это время был в отпуске, есть документальные подтверждения. Новая почерковедческая экспертиза, проведенная независимым экспертом, установила: подпись на документах принадлежит не Крылову.

Он сделал паузу, оглядел зал.

— И ваша честь, у меня есть новый свидетель. Олег Тимурович Казаков, бывший IT-специалист фонда «Капитал-Альянс».

Дверь открылась. Вошел мужчина лет сорока, невысокий, в очках, нервный. Сел на место свидетеля, положил руку на Конституцию.

— Клянусь говорить правду, и только правду.

— Расскажите суду, что вы знаете, — попросил Степанов.

Казаков сглотнул, заговорил — сначала неуверенно, потом все тверже.

— Я работал IT-специалистом в фонде. В 2021 году восстанавливал сервер после сбоя. Нашел удаленные файлы, логи транзакций. Они показывали, что операции по выводу денег проводились с компьютера Белкина, а не Крылова. Я пришел к Аркадию Львовичу, показал. Он… Он предложил мне деньги. Эквивалент двадцати тысяч долларов за молчание.

— И вы согласились?

— Нет. — Казаков покачал головой. — Я отказался и уволился. Но доказательства не сохранил. Боялся. Белкин – влиятельный человек. У него связи в правоохранительных органах, в бизнесе. Я думал, если я заговорю, меня уничтожат. Поэтому молчал. — Он поднял глаза на судью. — Но потом узнал о пересмотре дела. И понял: я не могу больше молчать. Совесть не дает спать. Невиновный человек сидит, а я молчу.

Зал взорвался шепотом. Судья ударила молотком.

— Тишина!

Прокурор вскочил:

— Ваша честь, почему свидетель молчал три года? Это подозрительно!

Казаков повернулся к нему:

— Потому что боялся. Вы не понимаете, что значит пойти против человека с такими связями. Белкин звонил мне после моего увольнения. Сказал: если хоть слово скажешь, пожалеешь. Я поверил. И молчал. До сих пор.

Степанов добавил:

— Ваша честь, также хочу сообщить. Белкин приобрел билеты в Дубай на 4 декабря, на завтра. Очевидно, планирует покинуть страну сразу после суда. Я подал ходатайство о запрете выезда.

Судья записала что-то в блокнот.

— Учту. Есть еще что добавить?

— Нет. Ваша честь.

— Суд удаляется на совещание.

Половина первого. Судья скрылась за дверью. Начались два часа мучительного ожидания. Елена сидела между Романом и Вероникой, держала их за руки. Пальцы онемели от напряжения, но она не разжимала. Это было единственное, что удерживало ее от того, чтобы не закричать, не сорваться, не убежать прочь от этого зала с его запахом страха и надежды.

Денис сидел в клетке, за решеткой. Смотрел в потолок. Губы шевелись. «Молится», — поняла Елена. Первый раз после смерти матери.

— Мама, — прошептала Вероника, — а если?.. А если не оправдают?

— Оправдают, — Елена сжала ее руку сильнее. — Должны оправдать.

Роман ничего не говорил. Просто сидел рядом, и Елена чувствовала, как в нем тоже живет напряжение. Журналисты шептались в заднем ряду. Степанов расхаживал по коридору. Ольга сидела, сжимая платок в руках, шептала молитву.

Время тянулось невыносимо. Минута за минутой, медленно, мучительно. Половина третьего. Дверь кабинета судьи открылась. Секретарь вышла:

— Суд возвращается.

Все вскочили, заняли места. Сердце Елены билось так громко, что казалось, его слышно на весь зал.

Судья Данилова вошла с непроницаемым лицом. Села, открыла папку. Зал застыл.

— Прошу всех встать.

Поднялись. Тишина такая, что слышно было, как тикают часы на стене. Данилова начала читать медленно, размеренно, каждое слово весомое.

— Суд, рассмотрев материалы дела в отношении Крылова Дениса Валерьевича, заслушав показания свидетелей, изучив новые доказательства… включая видеозапись показаний Савельева Павла Федоровича, заключение экспертиз, показания свидетеля Казакова Олега Тимуровича, приходит к следующему выводу…

Пауза. Елена перестала дышать.

— Крылов Денис Валерьевич невиновен в инкриминируемом ему преступлении.

Время остановилось.

— Приговор суда от 15 марта 2022 года отменить полностью. Крылова Дениса Валерьевича оправдать и освободить из-под стражи немедленно. Признать за ним право на реабилитацию и компенсацию за незаконное лишение свободы согласно действующему законодательству.

Елена зажала рот рукой. Слезы хлынули так резко, что она не успела сдержаться.

Судья продолжала: