Я тайно продала бизнес, но для родни мужа объявила себя банкротом. Утренний звонок, сорвавший все маски

Архип Максимович снял очки и протер их краем рубашки. Как уже успела заметить Майя, он делал это каждый раз, когда дело принимало особенно паскудный оборот. «Три миллиона шестьсот — это не случайность и не ошибка. Это система», — резюмировал юрист. «Не спрашивать — не значит не брать», — подумала Майя и почувствовала, как внутри что-то переключилось с режима «жертва» на режим «бухгалтер, обнаруживший недостачу».

Через три дня Ростислав перешел в наступление. Он пришел вечером с распечатками, на которых юридические термины были подчеркнуты маркером, а цифра «20 миллионов» обведена красным кружком, жирным и аккуратным, как на школьной контрольной. «Майя, послушай меня внимательно», — он положил бумаги на стол и сел напротив, изображая серьезность. «Кредиторы могут подать иск, наложить арест на имущество, и тогда мы потеряем вообще все.

Выход один — временный заем. Попроси маму, объясни ситуацию, скажи, что это семейное дело. Я выступлю поручителем, все будет оформлено как полагается». «Ты хочешь, чтобы я попросила у мамы 20 миллионов гривен?» — изумилась Майя. «Скажи ей, что она тебя любит и что именно в трудные времена видно, кто по-настоящему рядом», — ответил муж.

Майя едва не рассмеялась ему в лицо. Он произнес мамины слова с такой безупречной плавностью, что их можно было бы принять за искренние, если не знать, что за ними стоит расчет, а не забота. Она набрала номер матери прямо при нем, как он и хотел. «Мама, Ростислав считает, что нам нужен заем в 20 миллионов, чтобы остановить кредиторов».

«Пусть приезжает и расскажет мне это лично, — ответила Дарья Платоновна. — Я хочу видеть его глаза, когда он будет просить мои деньги». Накануне визита к теще Ростислав готовился с серьезностью человека, которому предстоит аудиенция у английской королевы. Он перемерил три галстука, отверг каждый с придирчивостью дипломата, от которого зависит судьба важных переговоров. Потом заказал через интернет коробку конфет из дорогой кондитерской, а через час перезаказал, потому что первая показалась ему недостаточно внушительной.

Майя наблюдала, как он репетирует фразы перед зеркалом в ванной, не догадываясь, что дверь не закрыта. Она думала: «Он собирается просить у моей матери 20 миллионов с таким лицом, с каким устраиваются на работу мечты, а мне при этом говорит одеться попроще, чтобы не пугать маму видом». В загородном доме Дарьи Платоновны Ростислав вручил конфеты и начал заготовленную речь о любви и семейных ценностях. Но хватило его минуты на три, потому что в гостиной совершенно случайно оказался Архип Максимович.

Адвокат положил перед ним договор займа, в котором слово «поручитель» повторялось на каждой странице. «Ростислав, вы обещали жене выступить поручителем, и я подготовил для вас такую возможность, — Архип Максимович пододвинул к нему ручку. — Условия простые: если брак расторгается или кто-либо пытается вывести активы, сумма займа подлежит немедленному возврату в полном объеме. Это стандартные условия». Ростислав перелистывал страницы так быстро, что явно не читал ни строчки…