Я уже собирала вещи мужа, уверенная, что он растратил наши сбережения. Деталь, лишившая нас дара речи

Руслан побелел. Вся кровь отхлынула от его лица, губы плотно сжались. Он медленно поднялся со стула.

— Ты совсем с ума сошла на почве этих денег? Какая, к черту, женщина? Какие вторые телефоны? Олеся, ты слышишь себя со стороны? Я вообще не понимаю, о чем ты сейчас несешь этот бред!

— Ах, ты не понимаешь?! Всё ты прекрасно понимаешь, лжец! — Олеся потеряла последние остатки самоконтроля. Она подскочила к столу, схватила его рабочий ноутбук, за которым он проводил столько вечеров, подняла его над головой и с неистовой силой швырнула об пол. Пластиковый корпус треснул с сухим, резким звуком. Экран мгновенно погас и покрылся густой сетью цветных полос и трещин. Петли вырвало с корнем. — Вот и уходи к ней! Собирай свои манатки и вали! Чтобы духу твоего здесь больше не было, предатель!

— Да пошла ты! — взревел Руслан. Его терпение лопнуло. Это был рык раненого, доведенного до отчаяния зверя. — Меня уже тошнит от твоих ежедневных концертов, от твоих беспочвенных параноидальных обвинений! Ты сама всё разрушила!

Он бросился в коридор. Достал из шкафа большую спортивную сумку и начал кидать в нее первые попавшиеся под руку вещи: рубашки, джинсы, скомканное белье, даже не складывая их. Он рванул молнию на сумке с такой злостью, что собачка слетела с рельсов, и молния разошлась по шву. Но ему было плевать. Он закинул сумку на плечо. Уже взявшись за ручку открытой входной двери, он обернулся. Его лицо было бледным, как мел, глаза горели темным огнем.

— Ты хоть знаешь, как я тебя ненавижу сейчас в эту самую минуту? — бросил он тихо, но так четко, что каждое слово отпечаталось в мозгу Олеси.

Дверь захлопнулась. Щелкнул замок. Всё было кончено.

Олеся медленно, как в замедленной съемке, сползла спиной по стене в прихожей прямо на пол, закрыв лицо дрожащими руками. Она не плакала. Слез больше не было. Внутри образовалась черная, выжженная дыра. Тишина в опустевшей квартире была не просто абсолютной, она звенела в ушах, натягиваясь, как гитарная струна, готовая вот-вот лопнуть…