Я уже собирала вещи мужа, уверенная, что он растратил наши сбережения. Деталь, лишившая нас дара речи

Именно в эту секунду, когда отчаяние достигло своего пика, раздался звонок в дверь. Резкий, настойчивый, он прорезал тишину квартиры, как нож.

— Откройте, соседи! Свои! — раздался из-за железной двери приглушенный, старческий, но удивительно бодрый голос.

Олеся, шатаясь, поднялась на ноги, вытерла лицо рукавом свитера и повернула замок. На пороге стояла соседка с третьего этажа, баба Нюра. Это была сухая, энергичная старушка, которая знала всё обо всех в их подъезде. На ней был старенький вязаный кардиган, а в руках она бережно держала небольшую эмалированную кастрюльку, укутанную кухонным полотенцем, из-под которого исходил одуряющий, домашний запах свежеиспеченных пирожков с капустой.

— Деточка, я всё слышала. И сейчас, и вчера, — без обиняков, в лоб заявила старушка, ловко протискиваясь боком мимо опешившей Олеси в тесную прихожую. — У вас тут война который день полыхает, весь наш панельный дом на ушах стоит, слышимость-то сам знаешь какая. Внук мой маленький, Ванечка, просыпается каждую ночь, плачет в кроватке, заснуть не может. Я вчера у него спросила, чего ревет, а он мне кулачками слезы трет и говорит: «Тетя сверху плохая, маму с папой ругает очень громко». Дай, думаю, зайду, принесу пирожков горячих, успокою вас, пока вы тут совсем друг друга не поубивали на потеху всему двору.

— Извините нас, Анна Васильевна, — выдавила из себя Олеся, чувствуя, как краска стыда заливает лицо. — Мы не хотели шуметь. Просто… у нас беда случилась.

— Да знаю я, из-за чего вы ругались так страшно, — перебила старушка, ставя кастрюльку на тумбочку и кряхтя присаживаясь на мягкий пуфик для обуви. Она внимательно посмотрела на заплаканное лицо Олеси своими выцветшими, но цепкими глазами. — Из-за денег огромных. Орали так, что и глухой бы услышал. Я потому и пришла сейчас, когда муж твой с сумкой выскочил. Дело-то серьезное. Скажи мне, деточка, ты неделю назад за город с ночевкой к тетке своей ездила? В субботу?

Олеся непонимающе кивнула, вытирая нос. Мозг отказывался связывать ее поездку и пропажу денег.

— В субботу, да. Руслан на работе был, а я уехала до воскресенья. А что такое? При чем тут это?

— А при том, — баба Нюра понизила голос до заговорщицкого шепота, наклонившись вперед. — Я в то самое воскресенье днем, часика в два, вышла на свой балкон покурить. …