Начальник был уверен, что к утру женщина станет сговорчивее, пока не открыл тяжёлую дверь

Филин выпрямился. Бугай щёлкнул пальцами и отступил к койке, Бритый тоже занял своё место, будто все заранее знали, какую сцену собирается увидеть вошедший. Дарина поднялась с пола, сложила плед и осталась у стены. Сердце снова забилось чаще, но прежней беспомощности она уже не ощущала.

Дверь распахнулась с резким скрипом. На пороге появился полковник Гайдук в безупречно отглаженной форме, с наградными планками на груди и самодовольным выражением человека, уверенного в своей победе. Он оглядел камеру, задерживая взгляд на каждом лице, а затем посмотрел на Дарину.

— Ну что, как прошла ночь? — спросил он с притворной заботой. — Неужели так понравилось, что и говорить не хочется?

Дарина сжала губы и промолчала. Гайдук шагнул к ней, но Филин встал между ними.

— Дальше не ходи, Гайдук.

Полковник резко остановился. Никто из заключённых обычно не обращался к нему по фамилии, тем более таким тоном.

— Ты забыл, с кем разговариваешь, старик?

— Напротив. Я слишком хорошо знаю, кто ты.

Гайдук спросил, не пытается ли заключённый ему угрожать. Филин спокойно ответил, что начальник проиграет, если сейчас не отступит. Полковник рассмеялся и напомнил собеседнику о решётках: достаточно одного приказа, чтобы его вынесли отсюда в мешке. Старик приблизился ещё на шаг, и Дарина с трудом верила, что он способен стоять так спокойно перед человеком, которого боялось всё учреждение.

Филин сообщил, что собрал письма, свидетельства, фамилии и даты. В них были сведения об издевательствах над заключёнными, расправах над самыми молодыми, заказанном Гайдуком убийстве и фиктивном расследовании этого преступления. Часть копий уже покинула учреждение и находилась у людей, способных предать их огласке.

Самоуверенность исчезла с лица полковника. Он спросил хриплым голосом, не блефует ли старик.

— Проверь, — предложил Филин. — Прикажи изолировать меня или убить. На следующий день материалы попадут к независимым журналистам. Тогда ты сам окажешься за решёткой рядом с теми, над кем столько лет издевался.

Гайдук смотрел на него, и в его молчании впервые проступила растерянность. Дарина поняла, что в этой грязной камере один безоружный заключённый остановил начальника не силой и не криком, а правдой, которую тот не мог запереть вместе с ним. Несколько секунд полковник ещё пытался сохранить прежнее выражение, но испуг на его лице становился всё заметнее…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇