Она решила устроить себе маленький праздник, однако появление гостя заставило её забыть обо всём

Хотя теперь Максим мог ограничиться руководством, иногда он продолжал лично выезжать на вызовы. Состоятельные клиентки платили ему настолько хорошо, что вскоре он приобрёл новый внедорожник и начал строить дом за городом. На счетах лежали солидные накопления, поэтому возможного закрытия фирмы он не боялся. Даже лишившись должности, он мог долго ни в чём себе не отказывать.

Пока сын устраивал новую жизнь, Оксана Савчук все эти годы пыталась узнать о его судьбе. Официального сообщения о гибели она не получила. Ей отвечали лишь, что Богдан числится пропавшим. Женщина писала в различные службы, обращалась к военному руководству, добивалась новых проверок и каждый раз получала почти одинаковые безликие ответы.

Надежда не позволяла ей признать сына погибшим, но постоянное ожидание медленно отнимало силы. Оксана заметно постарела, всё чаще болела и почти перестала интересоваться происходящим вокруг. Раньше вся её жизнь была связана с единственным ребёнком: она представляла его взрослым, думала о будущей семье и внуках. Теперь воображаемое будущее рассыпалось, а в доме стояла такая тишина, что порой становилось трудно дышать.

Любой шум возле калитки заставлял её вздрагивать. Оксана подходила к окну, прижималась лбом к холодному стеклу и долго смотрела на дорогу, даже когда там уже никого не было. Сначала соседи старались поддерживать её, но годы шли, разговоры становились короче, а надежда окружающих угасала. Только мать не могла поставить точку там, где ей оставили одно неопределённое слово — пропал.

Бессонными ночами женщина думала, кому достанутся её накопления и кто похоронит её, если Богдан так и не вернётся. Труд прежних лет казался бессмысленным. Она спрашивала себя, ради кого берегла дом и откладывала деньги, а ответа не находила. И всё-таки днём снова садилась у окна, всматриваясь в дорогу. Пока не было подтверждения смерти, какая-то часть её продолжала ждать знакомую фигуру у калитки.

Дом тем временем ветшал. Двор зарос бурьяном, забор накренился, а старая крыша начала протекать. Во время дождя вода капала прямо возле кровати. Оксана расставляла тазы и вёдра, но чинить что-либо не пыталась: не хватало ни сил, ни желания. Постепенно равнодушие стало таким тяжёлым, что она подолгу лежала лицом к стене и ждала, когда закончится очередной день…