Чужие правила игры: история о том, почему никогда нельзя недооценивать одиноких старушек

Виктор стоял у ворот колонии строгого режима, сжимая в руке потрёпанный паспорт и справку об освобождении. Семь лет он отбыл за то, что в пьяной драке не рассчитал силу удара. Теперь вот, наконец, освободился.

Встречать его никто не пришёл. Жена развелась на третий год его срока, забрав дочь и растворившись в другом городе. Матери не стало четыре года назад.

Весть пришла холодной телеграммой. Друзья? Какие друзья?

Те, с кем пил, исчезли, как только щёлкнули наручники. У Виктора оставалось три тысячи местных денег тюремного заработка, мятая куртка и абсолютная пустота впереди.

А ещё штамп в паспорте, который превращал каждое собеседование в пытку с предсказуемым концом. «Местная регистрация есть?» — спрашивали в общежитии.

«Нет? Тогда ничем не можем помочь». «Регистрация?» — сверлили взглядом в агентстве по найму.

«Временной тоже пока нет. Приходите, когда будет». В общем, это был замкнутый круг.

Без регистрации не дают работу, без нее негде жить, а без жилья нет регистрации. И снова по кругу, пока не сорвёшься и не окажешься там, откуда недавно вышел.

Виктор ночевал где придётся. На вокзалах, в подвалах, один раз в детском садике, куда проник через окно. Холод осени пробирался под куртку, деньги таяли…