Случайная встреча с одноклассницей открыла мне правду о муже, но я решила не выдавать себя сразу

— Он видел их вчера утром?

— Заваривал кофе, шутил с сыном, гладил дочь по голове. Потом поехал к тебе.

Марта положила снимок обратно, будто тот обжигал пальцы.

— Я не хочу быть женщиной, из-за которой дети потеряют отца.

— Ты ею и не была. Он сам все сделал.

— А ты? Как держишься?

— По частям. Сейчас работает часть, которая должна думать. Остальные пусть подождут.

Марта потянулась через стол и накрыла ее руку ладонью.

— Прости.

Оксана хотела сказать, что прощать нечего, но сдержалась. Эти слова прозвучали бы слишком гладко.

— Нам нужен план, — произнесла она.

— Я слушаю.

С этого момента встреча стала подготовкой. Сергей не должен догадаться, что его раскрыли. Марта продолжит отвечать, прикрываясь плохим самочувствием. Оксана увезет детей к матери. Летние каникулы уже почти начались, сад у Сони работал по свободному режиму, Тимура можно было забрать без лишних объяснений. Галина Петровна жила в доме за городом, где давно требовался ремонт кухни; этот предлог выглядел правдоподобно.

Марта сообщит Сергею, что уезжает на курсы повышения квалификации. Для учительницы такая поездка звучала естественно. На две недели он потеряет доступ к обеим женщинам и расслабится. Потом понадобится частный детектив — не для взломов и прослушки, а для законного наблюдения в общественных местах. Даты, фотографии, маршруты, встречи. Если Сергей ведет двойную жизнь, он может вести и третью.

— Третью? — Марта подняла голову.

— После сегодняшнего я уже не поручусь ни за что.

Оксана вспомнила списание в салоне красоты, которое Сергей объяснил подарочным сертификатом для партнерши клиента. Тогда она лишь спросила, почему чужой женщине покупают подарок из семейного бюджета. Он ответил, что бизнес требует жестов.

— Думаю, он слишком уверенно врет для новичка.

Они просидели почти два часа. За это время чай остыл, вода в стаканах стала теплой, а шум кафе несколько раз поднимался и снова оседал вокруг них. Оксана замечала мелочи: как Марта поправляет рукав, когда речь заходит о Сергее, как отводит глаза, если вспоминает его ласковые слова, как упрямо выпрямляет спину, когда разговор возвращается к документам. В этой смене жестов было видно, как женщина выбирается из стыда к действию. К концу встречи Марта перестала рвать салфетки. Она записывала адреса, даты, номера, вспоминала, куда Сергей приглашал ее, что говорил, какие имена мелькали в рассказах. Оксана поняла, что бывшая одноклассница не станет обузой. В ее растерянности уже появилась дисциплина.

Когда они вышли из кафе, Марта остановилась у дверей.

— Если он позвонит сегодня?

— Скажешь, что плохо себя чувствуешь. Завтра напишешь про курсы. Если приедет — не открывай. Он не станет ломиться, если уверен, что ты в его руках.

— Я бы вчера сказала, что он воспитанный.

— Он расчетливый. Это другое.

Они разошлись в разные стороны. Оксана шла к машине и вдруг остановилась. Автомобиль тоже был частью лжи. Сергей ездил на нем чаще, называл своим, возил женщин в рестораны, а платежи уходили с ее счета. Она села за руль и впервые подумала, что машина уже не средство передвижения, а улика.

Дома Сергей встретил ее в прихожей.

— Ты где так долго?

Оксана поставила сумку на тумбу.

— У врача задержали, потом к маме заехала.

— Что у нее опять?

— Кухню надо делать. Потолок пятнами, трубы старые. Думаю съездить с детьми на пару недель. Заодно они на воздухе побудут.

Сергей не успел скрыть облегчение. Оно мелькнуло мгновенно, почти незаметно, но Оксана увидела.

— На пару недель? — спросил он уже заботливо. — Ты одна справишься?

— Мама вызовет мастера. Я прослежу, куплю материалы.

— Тимуру там скучно не будет?

— У него велосипед. У Сони качели. Лето же.

Сергей подошел сзади и обнял ее за плечи. Раньше этот жест мог растопить усталость. Теперь от прикосновения хотелось отступить, но Оксана выдержала.

— Ты у меня умница. Все тащишь.

— Привыкла.

— Я бы помог, но на работе завал.

— Знаю.

Он поцеловал ее в шею и ушел к телефону. Оксана осталась у раковины. Вода капала из плохо закрученного крана, и каждое падение капли казалось маленьким счетом. Муж даже не попытается поехать с ней. Для него дом без жены и детей был не пустотой, а свободной площадкой…