Точка невозврата: неожиданный финал нашей попытки мирно разделить имущество

Его голос прогремел. Он пристально посмотрел на Дмитрия и Орлова, заставив их замолчать. Затем его взгляд переместился на Свету. Его выражение смягчилось.

Света медленно подошла. Ее маленькие шаги громко отдавались по тихому мрамору. Она остановилась в центре, между столами двух адвокатов. Она посмотрела прямо на судью, сидевшего на своем высоком месте.

— Господин судья, — сказала Света дрожащим, но ясным для всего зала голосом. — Простите, что прерываю.

— Все в порядке, принцесса, — сказал судья более мягким тоном. — Почему ты здесь? Кто тебя привел?

— Я пришла сама. Меня привезла тетя, но я прокралась. Я слышала, как папа говорил, что моя мама плохая.

Глаза Дмитрия расширились.

— Света, следи за словами.

— Молчать, господин Дмитрий, — рявкнул судья. — Дайте ребенку говорить.

Екатерина прикрыла рот рукой. Слезы начали наворачиваться.

Света сглотнула, словно набираясь смелости. Она снова посмотрела на судью. Ее чистые и ясные глаза выражали искренность.

— Папа сказал, что моя мама плохая. Папа сказал, что мама часто злится. Папа сказал, что мама не может обо мне заботиться, — продолжила она, и ее голос слегка дрожал.

Екатерина закрыла глаза.

Это был конец. Света собиралась повторить всю ложь Дмитрия.

Но следующая фраза заставила Екатерину открыть глаза.

— Можно я вам кое-что покажу? — Света умоляюще посмотрела на судью. — То, о чем моя мама не знает.

Эта фраза повисла в воздухе.

То, о чем моя мама не знает.

Екатерина нахмурилась. Что она имела в виду?

Адвокат Орлов снова вскочил.

— Господин судья, это абсурд. Запись ребенка не может быть использована в качестве доказательства. Это вторжение в частную жизнь, записанное без разрешения.

— Эта запись может доказать ложь вашего эксперта, адвокат Орлов, — резко парировал адвокат Волков.

— Хватит спорить, — судья ударил молотком.

Его глаза, которые раньше были отеческими, теперь ярко блестели. Он почувствовал, что здесь кроется большая ложь.

— Секретарь, помогите этой девочке. Подключите это устройство к мониторам суда немедленно.

— Нет! — отчаянно закричал Дмитрий.

Он схватился за край стола, его костяшки побелели.

— Я протестую, господин судья. Это ловушка.

— Ваш протест занесен в протокол, господин Дмитрий. А теперь сядьте, — приказал судья.

Секретарь быстро подошел к Свете и осторожно взял треснувший планшет. Он нашел кабель, и через несколько мгновений большие экраны на стене зала стали черными, а затем показали главный экран планшета Светы.

Дмитрий закрыл лицо руками. Алина за его спиной, казалось, сильно дрожала.

Света, стоявшая теперь рядом с секретарем, посмотрела на экран. Она не смотрела ни на Екатерину, ни на Дмитрия. Она была сосредоточена на своей миссии.

— Вот это, господин судья, — она указала на видеофайл.

Секретарь кликнул по нему. Появилась миниатюра видео.

— Давай, принцесса, — сказал судья. — Включай видео.

Света протянула свой маленький указательный палец. Она нажала кнопку воспроизведения на экране.

Видео началось…